Книга Путешественница, страница 15 – Мира Айрон

— Причём тут Илона? — напряжённо спросил Хьюго. У него вдруг заболела голова.

— Вот, послушай. Если что-то не поймёшь, поясню, — Михаэль включил какое-то маленькое устройство.

Хьюго дважды прослушал запись от начала до конца, а потом перемотал и включил сразу окончание диалога. Чужие голоса заполняли всё пространство вокруг Хьюго, отнимая у него силы.

«… - Даа, я не ошибся в девочке! Она большая умница. Нужно будет ей премию выписать, когда вернёмся.

— Погоди, Ребров! Ещё не всё подписано. Вторая часть завтра.

— Да уж. Нам ещё день простоять, а потом ночь продержаться. Я верю в Илону. Мейер уже весь размяк, растаял, как воск…».

Хьюго размышлял несколько минут, глядя прямо перед собой, потом выпрямился, заговорил горячо и торопливо:

— Нет, Михаэль! Не сходится. Я понял, что ты хочешь сказать, но нет. Ты ошибаешься.

— Почему?

— Потому что между мной и Илоной всё случилось после подписания документов. Понимаешь? После. Я подозревал нечто подобное со стороны Реброва, когда увидел Илону впервые, но потом, узнав её ближе, отмёл эту мысль. Ребров, может, и хотел подстраховаться подобным образом, но решение принимал я, и принял его раньше, чем мы с Илоной стали близки.

— Хьюго, не кипятись. Давай рассуждать вместе. Только с холодной головой, постарайся, ты же можешь. Скажи, условия сделки взаимовыгодны? Одинаково выгодны для сторон?

— Да.

— То есть, ты в любом случае настаивал бы на подобном контракте?

— Совершенно верно.

— Ну а мог бы ты, скажем, диктовать им условия более жёстко? Поставить их в более тесные рамки? С выгодой для себя, или с возможностью большего контроля с твоей стороны?

Хьюго несколько секунд молчал прежде, чем неохотно ответить:

— Мог бы.

— То есть, ты ничего не потерял, но мог бы приобрести больший контроль над их фирмой?

— Да.

— И изначально так и планировал сделать?

— Откуда ты всё знаешь, Михаэль?

— Я знаю тебя. И ты сам ответил на все вопросы. Повторю, я знаю тебя. Твоя голова всегда оставалась холодной, а сейчас ты словно с ума сошёл, ведёшь себя, как подросток, не замечаешь очевидного. Или не хочешь замечать.

— Что я должен замечать? Не хочешь же ты сказать, Михаэль, что я совсем не разбираюсь в людях? Ведь я потому и отношусь так именно к Илоне, хотя вокруг тысячи женщин красивее её, изысканней, и даже умнее. Но она особенная. Она моя! И она не могла так поступить, я готов голову дать на отсечение.

— Твоя голова нам ещё нужна, так что не разбрасывайся! Я согласен, девушка явно не из рядовых, если уж сумела обвести тебя вокруг пальца. Это высший пилотаж, Хьюго! Её целью и не было уложить тебя в постель, это слишком грубо, слишком на поверхности! Её целью было очаровать тебя. Не завлечь, не соблазнить! Именно очаровать. Очаровать настолько, чтобы ты сделал всё сам. И чтобы был уверен, что инициатива исходит от тебя.

— Ты не знаешь всего, Михаэль! Я стал у Илоны первым мужчиной.

— Хьюго, — Михаэль покачал головой. — При современном развитии медицины… Ну или даже если допустить, что стал первым. У всего есть своя цена. А тут замаячила реальная перспектива стать женой такого парня, как ты!

— Михаэль, — тихо начал Хьюго, — прошу, я больше не хочу обсуждать это.

— Конечно. Я не могу запретить тебе жениться на ней. Но я сделал всё, что от меня зависит. Дальше тебе решать.