Книга Этот огонь - мой, страница 23 – Мира Айрон

Никита и Алина рассмеялись.

А Егор думал о том, что Вера обманула тогда, никуда не уехала. Всё это время они с Никитой были рядом. А он, Егор, ничего не знал о сыне… Может, зря он не прислушался к матери и не искал Веру?..

…Вера подъехала к дому, и тут же увидела, как из припаркованного чёрного "Крузера" вышел Егор. Подошла. Никита и Алина сидели в его машине, что-то смотрели в планшете.

Егор выставил руки вперёд, словно обороняясь:

— Инициатива исходила не от меня, Вера. Но врать не буду, я очень рад, что всё так получилось. Прекрасно провёл день в компании ребят. Поговорил с Никитой.

— Я ничего против и не сказала, вроде.

— Ну слава богу. А то уж думал, полиция на подходе, и меня сейчас повяжут, — улыбнулся он.

— Я поняла, что бороться бесполезно. Такое ощущение, что это даже сильнее их. Пусть общаются.

— Вера, но им не будет вечно по десять лет…

— Я понимаю, к чему ты клонишь, Егор. Дай мне ещё чуть-чуть времени. Я морально готовлю себя к тому, чтобы всё рассказать Никите.

— Правда? — он так обрадовался, что не мог это скрыть.

— А у меня есть выбор? — устало спросила Вера. — Только я хочу первая рассказать. Не говори пока Алине. Обещаешь?

— Да, да, конечно! — кивал он. Сердце бешено колотилось. Она идёт на уступки шаг за шагом… Впускает их с Алиной в свою жизнь.

— Как расскажу, сразу сообщу тебе, — быстро проговорила Вера, потому что ребята открыли дверцы и начали выбираться из машины.

— Здравствуйте! — звонко сказала Алина, неожиданно напомнив Вере десятилетнюю Настю.

— Здравствуй, Алина! — улыбнулась Вера.

— Какая красивая у тебя мама! — зашептала Алина на ухо Никите, но услышали почему-то все.

— Не могу не согласиться, — как бы ни к кому не обращаясь произнёс Егор.

— Ладно, Никита, прощайся с Алиной и Егором Николаевичем. Им ещё добираться.

Егор с Алиной устроились в машине; Алина махала рукой Никите и Вере. Вера помахала в ответ. Потом мельком глянула на Егора: он смотрел на неё. Сердце защемило. Вера помнила такой его взгляд…

…Вера сидела в кресле у своего парикмахера.

— Вера, вот прямо настолько коротко? Прямо времена НЭПа, или как актрису немого кино?

— Да-да, не жалей, Алёна! Как Веру Холодную, только без чёлки!

— Ох, — вздохнула Алёна и отмахнула волосы Веры. Сначала стригла неуверенно, потом дело пошло.

Нашли краску, максимально приближённую к естественному цвету волос Веры.

— Ну вот, по мере того, как краска будет "отрастать", постепенно крашеные волосы будем стричь. А как останутся только свои, можно и немного длиннее вырастить, — удовлетворённо сказала Вера.

— Слушай… — сказала через два часа Алёна, глядя на результат своей работы. — А ведь ты оказалась права! Супер, и помолодела! Совсем девочка!

Потом Вера пошла на маникюр.

— Вера! Тебя не узнать, богатая будешь! Что-то ты рано! Недавно делали! — удивилась мастер по маникюру Наташа.

— Наташ, я хочу короткие ногти и нюд.

— Чтооо? Это точно ты говоришь, Вера? Нюд?

— Нюд, нюд!

Потом Вера зашла в ювелирный и купила три пары маленьких-маленьких серёг-гвоздиков, фиониты. Дома собрала всё-всё своё серебро и спрятала. Ни колец, ни браслетов, ни цепей. Вставила в уши свои старые золотые серьги-колечки, а в дополнительные дырки — фиониты. Всё. Одежда пусть остаётся, какая есть. И к прежнему весу она не будет возвращаться.