Книга Исповедь начинающей разлучницы, страница 14 – Мира Айрон

Год назад, когда Слава только начинал учиться в Питере, я часто мониторила его страницы в социальных сетях на предмет выявления соперниц — реальных и потенциальных.

Страницы Славы никакой конкретики не содержали, но друзей было видно. Именно со страниц друзей я и черпала информацию.

После того, как Слава приехал на зимние каникулы, я немного успокоилась и "мониторила" всё реже. А потом предстоящее путешествие заняло все мои мысли, полностью захватило меня. И вот, за несколько дней до поездки, я от нечего делать зашла на страницу Славы, а потом начала просматривать профили его друзей.

На странице одного из парней я и наткнулась на эту фотографию… Фотография была сделана в лаборатории, в которой, по-видимому, студенты работали над тем самым научным проектом.

Семеро парней и три девушки. Лица у всех весёлые, умные, одухотворённые. Был на этой фотографии и Слава. Причём, я никогда до сих пор не видела у Славы такого счастливого лица.

На коленях у Славы сидела девушка, темноглазая брюнетка с модной асимметричной стрижкой. Она обнимала Славу за шею, а его руки лежали на её талии.

Никогда прежде Слава не фотографировался подобным образом. Он не допускал вольностей, фамильярности и пошлости, всегда умел дистанцироваться от других людей.

Но я и без того всем своим организмом почувствовала, что фотография эта — далеко не случайная. Одеревеневшими ледяными пальцами сжимая компьютерную мышь, методично искала. И нашла. Девушку звали Арина Иванова, она училась на том же факультете, что и Слава, только на курс старше.

На её странице совместных фотографий Арины и Славы было более, чем достаточно. Очевидно, отношения их начались летом, во время работы над проектом, но продолжались до сих пор. Более того, набирали обороты.

Не обращая внимания на слёзы, которые застилали мне глаза, я с маниакальным упорством рассматривала фотографию за фотографией и читала комментарии подружек Арины. Эти комментарии подтвердили мою догадку: всё очень серьёзно. Хотя что там подтверждать? И так всё слишком очевидно.

Билеты я сдала на следующий день, бронь в хостеле отменила. Во что превратилась для меня та осень, когда мне исполнилось девятнадцать, не хочется вспоминать и теперь, спустя пять лет. Хотя я даже смогла сохранить вполне приятельскую переписку со Славой. О моей осведомлённости он тогда так и не узнал, а сам ничего не рассказывал об Арине. Зато её страница становилась всё информативнее.

Первые несколько дней после своего "открытия" я провела, закрывшись в своей комнате. На занятия не ходила. Тупо сидела на подоконнике, смотрела на однообразный осенний пейзаж и плакала.

Я тогда скинула шесть килограммов, которые так и не набрала впоследствии. Есть не то, что не хотелось, — я не могла есть. Даже думать о еде не могла.

Родители меня не трогали, за прогулы не ругали. Спасибо им огромное: они дали мне возможность всё пережить самой. Это необходимо было сделать, и я справилась. Правда, справляться пришлось достаточно долго. Мечту свою я хоронила очень медленно.

Замедляла процесс "излечения" одна простая мысль, которая постоянно, двадцать четыре часа в сутки, крутилась в моей голове. Это был вопрос: "Чем Арина Иванова лучше меня?".

Обыкновенная девушка, каких миллионы. Выше меня ростом и прилично плотнее. Фигура у меня лучше, волосы длиннее, кожа нежнее. Но Слава, — тот самый неприступный Слава, — полюбил её, именно её. Это видно даже по фотографиям. По тому, как он смотрит на Арину, как обнимает её.