Книга Почти идеальная месть, страница 17 – Мира Айрон

— Да почти сразу, как познакомился с тобой лично, я стал таким, — возразил Матвей.

— Я тоже тебя ревную, даже к твоей работе, — задумчиво ответила я.

Мне вдруг стало грустно и тревожно.

— Обещай, что всегда будешь только моим, Матвей!

— Легко. Но подумай сама, а если у нас родятся дети? То есть, нет, не так! Акогда у нас родятся дети, Милана, я ведь буду любить их не меньше, чем тебя.

— Детей и я буду любить не меньше, чем тебя. Дети не в счёт, их можешь и даже должен любить. Даже больше, чем меня.

— Больше невозможно, только так же. Тогда обещаю. И ты обещай.

— И я обещаю, что буду только твоей.

… В пятницу, в девятнадцать ноль-ноль, я приехала на праздник в дом родителей. Мне казалось, что меня будет мучить дежавю, однако ничего подобного не случилось. Видимо, потому, что Матвей ждал меня дома, и я была абсолютно спокойна и счастлива.

Я ходила среди гостей, останавливаясь то тут, то там. Мои губы и щёки уже затекли от старательно удерживаемой на лице улыбки, а язык устал вести светские беседы.

А потом ещё приехали Русецкие, и рядом со мной возник Антон. Выглядел он импозантно и стильно, впрочем, как всегда. Я видела, как смотрят на него девушки и женщины из числа гостей, и не могла понять, почему он опять таскается за мной, как приклеенный. Ведь мы почти не виделись в течение прошедшего года! Неужели его и мои родители продолжают лелеять мысль о слиянии капиталов? Нет, мне это совсем не нравится, категорически! Кажется, вечер перестаёт быть томным, и мне пора делать ноги. Приличия соблюдены, и этого вполне достаточно.

Я усиленно напрягала извилины, изобретая небольшую и непринуждённую прощальную речь, когда рядом раздался голос, заставивший меня вздрогнуть. Сердце моё ушло в пятки, а по спине пополз противный холод.

— Вечер добрый! Прекрасный праздник, вы не находите?

Я впервые в жизни физически ощутила, как бледнею, и была уверена: в моём лице не осталось ни кровинки. Титаническими усилиями мне удалось заставить себя поднять взгляд, и мои глаза сразу встретились с глазами Матвея.

— Здравствуйте! — мне даже удалось вновь натянуть на измученное лицо какое-то подобие улыбки. — Согласна с вами.

— Вы танцуете? — игнорируя возмущенный взгляд Антона, Матвей встал почти вплотную по мне.

Он был в стильном светлом костюме и выглядел, как всегда, превосходно. Сногсшибательно. Я уловила едва заметный аромат моего любимого мужского парфюма, и голова моя закружилась.

— Потанцуем? — Матвей протянул мне руку.

У Антона чуть глаза на лоб не вылезли от такой наглости, однако мы с Матвеем уже забыли о нём.

Я вложила дрожащую ладонь в руку Матвея, и мы пошли к площадке для танцев.

— Матвей, — зашипела я, когда он повёл меня в танце. — Мы же договорились! Ты же обещал!

— Я пришёл к выводу, что первый наш уговор мне нравится больше. И не прогадал: ведь не появись я здесь, этот молодой хлыщ так и продолжал бы увиваться за тобой.

— Матвей, только не пытайся меня убедить в том, что ты ревнуешь меня к Антону! — поморщилась я.

— Тогда к кому надо ревновать? — Матвей нарочито внимательно огляделся по сторонам.

— На меня смотри, пожалуйста, — приказала я Матвею. — Ты ведь со мной танцуешь.

— На тебя я могу смотреть вечно, но мне необходимо быть в курсе, кто ещё на тебя смотрит.