Книга Город неангелов, страница 11 – Мира Айрон

А я прямо почувствовала, как гость расстроился и сник. Но быстро взял себя в руки, надо отдать ему должное. Всё чуда́стее и чуда́стее.

— Вероника Михайловна, а сколько вам лет? Извините за нескромный вопрос.

— В конце декабря исполнилось девятнадцать, — ответила я.

Михаил Васильевич несколько секунд обдумывал что-то. Странно посмотрел на меня.

— А почему вы работаете в клининговой компании? Извините за ещё один нескромный вопрос. Я понимаю, что каждый труд достоин уважения. Но всё же?

— Это мой сознательный выбор. Летом я провалила вступительные экзамены во все театральные вузы, а теперь нахожусь в поиске себя.

— В театральные? — тихо спросил Михаил Васильевич.

— Да. А что?

— Нет, ничего. Очень жаль, что так получилось. Но, возможно, вы не откажетесь… искать себя в более комфортных условиях?

— В смысле? — нахмурилась я.

Что он себе позволяет?

— Простите, Вероника… Михайловна. Мне кажется, я могу помочь вам как-то. В ответ на вашу помощь. Подобрать для вас более спокойное рабочее место. Вижу, вы готовы отказаться. Но, прошу, просто подумайте.

Он встал из-за стола, скрылся в прихожей, но тут же вернулся с двумя визитками в руках. Одну отдал мне, а вторую (хитёр!) — бабушке.

— Позвоните мне, пожалуйста, завтра, Вероника Михайловна. Или сразу приезжайте. Завтра я весь день буду на месте, в офисе. Мы поговорим, подумаем вместе о том, чем вы могли бы заняться пока. Почему-то я уверен, что наше сотрудничество станет взаимовыгодным.

— Она позвонит и приедет, — кивнула бабушка, бросив на меня выразительный взгляд и не давая мне возразить.

"Чёрта с два", — подумала я.

* * * * * * * * * *

После того, как Михаил Васильевич уехал, мы с бабушкой долго спорили. Она пыталась убедить меня, чтобы я хоть попробовала сходить в офис фирмы "Лучший дом". В лоб ведь не ударят, — так она говорила. Зато появится возможность сделать выводы непредвзято.

А я пока делала выводы предвзято, настаивая на том, что нужно бояться данайцев, дары приносящих. И на том, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

Ну не верила я в такое обширное и всеобъемлющее проявление благодарности.

Аркадий Ильич молчал, не примыкая ни к одной из сторон спора. Кажется, он видел рациональное зерно в доводах каждой из двух спорщиц.

В конце концов, именно он заявил, что утро вечера мудренее, и развёл нас в стороны, как опытный рефери.

Я, как это часто со мной бывало, поняла его слова буквально и полночи думала. Хорошо, что следующий день — выходной, хотя бы отосплюсь.

Зато мои подробные и спокойные размышления привели меня к таким выводам… Чем дольше я думала и анализировала события прошедшего вечера, тем сильнее убеждалась в том, что на первый взгляд казалось нереальным, фантастическим.

Началась мыслительная цепочка с того, что гость назвал меня именем моей мамы. Выглядел он при этом так, словно встретился с призраком. Затем, когда Аркадий Ильич упомянул имя мамы, Михаил Васильевич знатно оживился, хотя и пытался это скрыть. Возможно, ему удалось ввести в заблуждение бабушку и дядю Аркашу, но только не меня: я за ним уже пристально наблюдала. Он напряжённо ловил каждое слово, касающееся мамы.

Что дальше? Он спросил меня о возрасте, после чего явно что-то высчитывал в уме, прикидывал. После совершения вычислений начал усиленно зазывать меня к себе на работу. Зачем? А чтобы иметь больше возможностей для подтверждения своих подозрений!