Книга Этим летом я полюбила, страница 98 – Ксения Клим

Перед сном они долго болтали по телефону, затем Влада заснула. Ей снилось болото, в которое она зачем-то зашла и медленно продвигалась вперед. Вязкое дно постепенно засасывало, но девушка была спокойна. В какой-то момент она опомнилась и начала шевелить руками, ей хотелось закричать, но вода заполнила рот. Влада задыхалась и в тот момент, когда практически потеряла сознание, открыла глаза. Немного полежала, пришла в себя и опять заснула. В какой-то момент кто-то начал трясти её за плечи.

— Влада, Влада, просыпайся, — обеспокоенный голос мамы заставил открыть глаза.

— М?

— Ты не вставала что ли?

Влада покрутила головой.

— Илья! — крикнула женщина.

В комнату зашел брат.

— Что?

— Она не вставала с кровати сегодня. Посмотри на неё. Она бледная какая-то.

— Да что происходит? — Влада сонно потёрла лоб.

— Влада, ты видела время? — настороженно спросил брат.

— Нет, а что?

— Сейчас девять часов вечера.

— И что?

— Ты спала всё это время?

— Ага.

— Может вызвать скорую?

— Мам, какую скорую? Просто усталость накопилась. Выйдите, пожалуйста, из комнаты и дайте мне отдохнуть.

— Но…

— Никаких но. Идите.

Они послушно вышли из комнаты, не догадываясь, что это будет длиться несколько дней подряд.

Влада и сама не понимала, что с ней. Она открывала глаза, пила воду и снова ложилась в кровать. Ей было совершенно плевать, что вокруг происходит. Наступила апатия и полное равнодушие. Никакие причитания папы, крики мамы и тихие уговоры брата на неё не действовали. Через некоторое время пришли друзья, но она просто закрыла дверь и легла спать. Сколько бы сон ни длился, отдохнувшей она себя не чувствовала. Потом пришел Мирослав.

— Влада, — он тихо постучал в дверь.

— А?

— Дай мне войти.

На удивление всех она открыла. Грязные растрепанные волосы, бледное и иссохшее лицо, растянутая одежда. Вид её был крайне непрезентабельный. Но Мирослав не обратил на это внимание. Он аккуратно взял её холодную руку, помог застегнуть обувь и легкую куртку и вывел из дома. Солнце уже скрылось. На улице стоял теплый вечер.

— Что это? — недоуменно спросила Влада.

Мирослав убрал её волосы и одел шлем.

— Это теперь твой транспорт.

— Что?

— Не спрашивай больше. Садись.

Мирослав сел на старенький зеленый Стелс^[7] с металлической сидушкой сзади, на которой заботливо лежала маленькая подушка. Влада в полном замешательстве забралась на неё и положила руки на спину парня. Тот медленно начал ехать.

— Как ты догадался?

— Что ты теперь боишься велосипедов?

— Угу.

— Это было несложно. Смотря на других, у тебя загораются глаза, а как подойти и взять руль самой, сразу начинается паника.

— Но ты ведь и вопросов не задавал…

— Думаю, что я тебя уже достаточно знаю, чтобы понять, как сильно ты не любишь, когда тебя расспрашивают.

Влада улыбнулась и крепче сжала его спину.

— Спасибо.

Они ехали по тихой улице. Влада закрыла глаза. Момент, когда можно дышать полной грудью, чувствовать ветер на своей коже, быть свободным. Всё это время ей был нужен тот, кто смог бы вытащить из этого перманентного омута волнения и беспокойства. Организм так устал быть в напряжении, что отказывался работать. Влада это понимала, однако не могла найти сил побороть такое состояние.

— Я правда тебе благодарна.

Мирослав не смог сдержать радостного смеха.