Книга Между, страница 60 – Агата Лав, Лавли Рос

Он сделал мне больно.

Клим снова сделал мне больно.

Вернулся в мою жизнь и по старой ужасной привычке начал наводить в ней свои порядки. Он слышит только свои желания, ему захотелось, и он…

Я встряхиваю головой, чувствуя, как по щекам проскальзывают слезы.

— Мне что-то дали, когда мы уезжали из того дома, – говорю тихо, но так, чтобы Димитрий услышал меня. – Сделали укол. Я почти сразу отключилась, вообще не помню дорогу… Проснулась уже здесь, но я ничего не понимала. Я подумала, что Клим – это ты. Я видела тебя перед собой. И меня так тянуло к тебе.

Я тру лицо ладонями, пытаясь скинуть наваждение. Я вдруг осознаю, что до сих пор до конца не пришла в себя. Моя речь далека от идеальной, и дело не только в стрессе.

— Наверное, нужно сделать анализ, – добавляю. – Чтобы понять, что мне дали.

— Мои парни достанут это из Клима.

— Он не знает. Укол сделал не он.

Мне так хочется, чтобы Димитрий обнял меня. Без его сильных рук холодно и зябко, но он держит дистанцию. И дышит бурей. А в его голосе столько металла, что мне не по себе от каждого слова.

— И мне нужны таблетки, – это произнести сложнее всего. – Чтобы не забеременеть.

Я больше не смотрю на него и не жду, что он потянется ко мне. Или смягчится. Сейчас точно нет. Нужно время. Поэтому я опускаю голову на сиденье и подбираю ноги под себя. Я закутываюсь в собственные объятия и пытаюсь заснуть. Или хотя бы поймать полусонное состояние.

Вскоре Димитрий опускает на мое тело свой пиджак. Он укрывает меня, и становится чуть легче. Я слышу запах его крепкого тела, я так люблю его, что вдыхаю полной грудью и наконец ловлю то состояние. Я не сплю, но перестаю ощущать каждую деталь реальности безжалостно остро.

— Алла, – зовет он, когда мы приезжаем на новое место.

Он сам помогает мне выйти из внедорожника, хотя я уже ждала, что он поручит меня кому-то из охранников. Но Димитрий держится рядом, он касается моей ладони, а потом вовсе сгребает в охапку и подхватывает на руки.

— Я отнесу тебя в душ, – сообщает он. – Потом с тобой поговорит доктор.

— Хорошо.

Я оглядываюсь по сторонам и не узнаю окрестности.

— Где мы?

— Ты здесь еще не бывала. Это специальное безопасное место, тут дом и участок отлично охраняются.

— Я же ни о чем не спросила тебя! – Я вспышкой понимаю, как много всего упустила. – Как ты выбрался? Тебе до сих пор грозит опасность?

— Вряд ли. С теми ребятами разобрались, моя охрана успела выйти на них. Они ворвались в дом и освободили меня. Но двое уродов ушли.

— Боже…

— Им недолго бегать. Найдут.

— А деньги? Ты перевел деньги?

Димитрий хмурится.

— Тебя действительно волнуют деньги?

Он смотрит так, будто я спросила что-то идиотское. Но я же помню, что речь об огромной сумме. Даже для Димитрия.

— Это всего лишь бабки, – добавляет он.

Он вносит меня в дом, на который я не смотрю. Ничего не запоминаю вокруг и обращаю хоть какое-то внимание на интерьер, когда оказываюсь в ванной комнате. Димитрий ставит меня на пол, который подогрет до приятной температуры.

Я смотрю на белый кафель с мраморными розоватыми прожилками, совершенно теряясь. Димитрий настраивает воду, а я не решаюсь раздеться. Мешает не стеснение, а что-то холодное, что застряло в груди. Я чувствую себя грязной. И не хочу, чтобы Димитрий разглядывал каждый сантиметр моего тела.