Книга Красавица и миллиардер, страница 18 – Агата Лав

— Дай ключи, – говорит он ему. – И освободи машину.

— Тебе нельзя за руль, – я вставляю реплику разума.

— Я не бился головой.

— Уверен? – Я смотрю на него с сомнением. – Ты мог не заметить, мог вообще выключиться на пару секунд. Удар был сильным…

Максим рывком приближается, становясь передо мной. А потом подхватывает обе мои ладони и накрывает ими свое лицо. Он уверенно ведет наверх и запускает мои пальцы в свои волосы, не забывая нажимать, чтобы я коснулась теснее.

Прочнее.

Я оказываюсь не готова к такому повороту событий. Поэтому застываю и позволяю ему руководить своими руками. А еще чувствую, как по кончикам пальцев разливается его тепло. У него жестковатые густые волосы, до которых приятно дотрагиваться. И руки у него уверенные, сильные. Такие, какие должны быть у мужчины.

— Ран нет, – заключает Максим и ослабляет хватку, чтобы я могла забрать свои ладони. – Если хочешь, я могу так же осмотреть тебя. Но что-то мне подсказывает, что ты будешь против.

Он усмехается.

В этот момент Леша перенаправляет ему по воздуху связку ключей.

— Возьми вещи из машины, и поехали, – кивает Максим, ловя ключи. – За свою машину не переживай, ее отгонят и уладят все проблемы с этим чудиком на крузаке. Потом решим, что делать дальше.

— Решим? А тебе это зачем?

— Не тяну на джентльмена?

Я качаю головой.

— Тогда будем считать, что я исправляю карму. Должен же я хоть для одной девушки оставить приятное впечатление.

Мы приезжаем в частную клинику.

В ней пустынно, словно ее работа устроена так, чтобы клиенты вообще не пересекались. Я замечаю лишь худую девушку в светло-голубом пиджаке. Она обращается к Максиму, потому что он идет первым, и направляет нас в нужный кабинет.

За его дверью происходит короткий осмотр, потом меня уводят в другую комнату. Я впервые в жизни делаю КТ, но это оказывается плевой процедурой. Всего-то нужно лечь на мягкую подушку и немного подождать, пока металлическая махина покрутится вокруг тебя.

Даже раздеваться не надо.

— Все? – спрашивает Максим, когда я выхожу от врача.

Я не успеваю ответить. Доктор выходит следом и заговаривает с Максимом так, словно он мой муж. Отчитывается по поводу моего здоровья, советует сегодня отдохнуть и обойтись без нервных потрясений, а в конце вручает ему результаты обследования.

Максим забирает листки.

— Давай чуть-чуть постоим, – говорю ему, когда мы выходим на крыльцо. – Мне на свежем воздухе лучше.

— Значит, все-таки болит?

— Немного. – Я провожу ладонью по воздуху, изображая неопределенный жест. – Обычная головная боль. Может, вовсе от нервов.

— Ты прежде не попадала в аварии?

— Господи, нет, – я выдыхаю и кошусь на него с осуждением: он выбрал слишком будничный тон для своего вопроса. – Я всегда аккуратно вожу.

— Как сегодня? – подшучивает гад.

— Я не виновата!

— Я как раз об этом. Можно быть сотню раз аккуратной, но не избежать столкновения.

— Значит, мне до сегодняшнего дня везло. – Я указываю ладонью на него. – До встречи с тобой.

— Меня трудно назвать счастливчиком, согласен, – Максим с легкостью соглашается и запрокидывает голову, что-то рассматривая на городском небе, которое даже ночью не становится черным.

Звезды тусклые, а дымка от миллиона огней поднимается в воздух.

Я тоже мажу взглядом по небосклону, но потом беззастенчиво рассматриваю Максима. Он засунул ладони в карманы брюк и размышляет о чем-то своем. Ему чертовски идет быть задумчивым. Черты лица теряют напряжение, как будто разжимается внутренняя пружина, а на губах нет вечной нахальной усмешки.