Книга Мой муж - предатель, страница 56 – Агата Лав

— Я только не понимаю, зачем? Зачем я была нужна тебе? Чтобы унижать изменами? Тебя это заводит?

— Нет, — он злится. — Я никогда не хотел унизить тебя. Поэтому ты ничего не знала. И не должна была узнать.

— Ах, вон оно что… Прости, что влезла не в свое дело.

— Ты не поймешь меня сейчас. Ты на взводе и не услышишь то, что я хочу сказать. Но Влада ничего не значит для меня, это просто секс. Грязь.

— Значит память все-таки вернулась, да?

— Не сразу. Я не врал, первые три дня в больнице выключило. А потом… да, вернулась. И мне самому не понравилось, что я вспомнил.

— Бедняжка, — я провожу ладонью по губам, чтобы сбросить напряжение.

А Игорь на том конце говорит с хриплыми паузами. Как будто на самом деле отряхивает каждое слово от слоя амнезии.

— Мне жаль, я хотел бы быть другим…

— Нет, — я качаю головой. — Ты бессердечный сукин сын. Подонок. Я вспоминаю, как ты себя вел, и только сейчас понимаю, сколько в тебе жестокости. Ты всегда думал только о себе. Ты знал, как сильно я хочу ребенка. Ты тянул время, а потом делал вид, что переживаешь. Даже искал мне врачей, предлагал клинику за границей. Помнишь, ты хотел отправить меня в Германию? Там мне точно должны были помочь. Ты ведь так говорил? Ты обнимал меня и успокаивал, обещал, что я скоро забеременею, что у нас непременно будет малыш.

Я замолкаю, утопая в горечи. Это самое болезненное.

— Я собирался рассказать, — глухо произносит Игорь.

— Да, конечно. Просто к слову не пришлось… Я ненавижу тебя. И я хочу развод.

Я провожу в Москве несколько незапланированных дней.

Я держу связь с адвокатами, которые запускают бракоразводный процесс. Сперва я переживаю, что всё-таки не удержалась и открыла карты Игорю раньше времени. А потом понимаю, что иначе не могло быть. Я и так вытерпела большой срок. Молчание может калечить. Я ведь чувствовала, как мне плохо от того, что надо скрывать свои истинные эмоции. Это отравляет.

А мне без того хватает поводов для нервозности. Я подписываю все документы, которые просят юристы, но слабо вникаю в их схемы. Там столько ступенек, столько лазеек в законах, столько бухгалтерской магии… Игорь явно заплатил большие деньги за хитрые схемы, чтобы ничего не оставить мне. И он бы добился своего, если бы Марк не перекупил Эльмана.

Теперь происходят торги за имущество. Я больше не разговариваю с Игорем, я везде его заблокировала и оставила для него только контакты моих адвокатов. Пусть с ними общается, я сказала ему всё, что хотела. Впрочем, он тоже быстро перешел на официальный язык. Со стороны Игоря появилась целая команда в дорогих костюмах. Его и моя команды сцепились и уже который день пытаются договориться без суда.

Мне остается только ждать. У меня пока есть деньги, но я уже стараюсь экономить. Вдруг развод затянется, а аванс за работу я получу только в следующем месяце. Но работа есть — это уже отлично. Подписанный контракт с продюсерским центром греет душу и действует лучше всякого успокоительного.

— Прилетай еще, — говорит Анюта, придерживая дверь моего такси.

— Обязательно! Я напишу, когда появится конкретная дата.

Я целую подругу и ныряю в салон. Но Аня не закрывает дверь сразу.

— Марку так и не писала? — спрашивает она вдруг.

— Аня…

— Ну а что?

— Он не пишет, и я не собираюсь. Мы попрощались.