Книга Брачный приговор, страница 52 – Агата Лав

Но вода камень точит.

А мы почти каждый вечер и ночь вместе. Он приезжает ко мне то уставший, то голодный как мужчина, а иногда без брони. Я научилась ловить эти моменты и не лезть к нему в душу. Пусть говорит то, что сам хочет. То, что рвется из него. Каким бы сильным и непогрешимым он не хотел выглядеть, он живой человек и ему нужны разговоры.

Я узнаю, что он вырос в Испании, куда его вывез отец после развода. Тот не хотел, чтобы сын виделся с матерью. Банально мстил за то, что та решилась уйти от него, и долго настраивал сына против нее. Успешно, как показали юношеские годы. Но потом отношения постепенно наладились, да и отцу надоело поддерживать градус ненависти в семье. Он бросил бизнес, оставив сыну разорившееся дело в наследство, и с тех пор скитается по свету. Иногда присылает открытки из богом забытых мест.

Капо показал мне одну открытку. Оказывается рядом с Мексикой есть остров со странным названием Руккола. Я посмотрела на синеву океана и маяк, расположенный на острове, и подумала, что у Капо тоже еще тот отец.

Словно нашлось что-то общее. Кроме того, что я вижу, что он тоже привыкает ко мне. Капо по-мужски молчит и все серьезные слова держит при себе, но я замечаю, что он держит меня в руках иначе. Временами обнимает так крепко, что трудно дышать.

И берет меня по-другому.

Это не объяснить словами, но я растворяюсь в его руках.

В его глазах, которые, мне кажется, читают меня как открытую книгу. Я точно не прячусь от него. И не задаю лишних вопросов. Он становится ближе без них, мы как будто заключили молчаливое перемирие. Капо сам что-то рассказывает о себе, а я научилась не забивать голову глупостями.

— Синий или черный?

Я поднимаю плечики с пиджаками повыше. Капо поворачивается и рассеянно кивает в мою сторону. И как это расшифровать? Так синий или черный?

Он слишком занят разговором по сотовому, который прижимает плечом к уху, попутно застегивая ремень брюк.

— Мне больше нравится этот, — бурчу себе под нос. — Отличный выбор, Капо.

Я киваю ему в спину и кладу синий пиджак на кровать, черный же возвращаю в гардеробную. На мне голубое платье из нежного шелка и удобные туфли, украшенные лентами телесного цвета. Они изящно обнимают стопу, а каблук вытягивает силуэт.

Я делаю последний оборот перед зеркалом и остаюсь довольна внешним видом. И своей фигурой тоже. Хотя тут дело больше не в удачном наряде, а в комплиментах Капо. И в его дорогих подарках, что уж тут скрывать. Он избаловал меня за прошедшие дни, как восточную принцессу.

— Классно сочетается, — замечаю, переводя взгляд с голубого платья на синий мужской пиджак. — Будем выглядеть как настоящая пара.

Мы решили выбраться в свет. Я почти три недели провела в его апартаментах, и, кажется, Капо был бы рад продолжать в том же духе. Он спрятал меня в своей пещере как самый настоящий дикарь. Я почти никуда не выхожу, только иногда спускаюсь на первый этаж, где есть торгово-развлекательная галерея. Выхожу строго под охраной, которая давно мне в тягость. Но я пытаюсь понять Капо и уяснила для себя, что дело в том нападении, когда его ранили, а меня едва не задели. Он теперь никому не доверяет.

Да и мне хорошо с ним. Мы напоминаем помешанную друг на друге парочку в разгар медового месяца. Окружающего мира как будто не существует, но так не может продолжаться вечно. Я вчера загрустила у окна с видом на огромный город, который был так близко и так мучительно далеко одновременно, и Капо оттаял. Сказал, что охрана что-нибудь придумает.