Книга Солдаты. Старый призыв, страница 3 – Виталя Гусынин

— Так, бойцы, сейчас ужин, после строимся перед каптеркой и получаем форму, вещи все свои оставляем тут. — Произнёс Прапорщик.

После столовой, прийдя в казарму ребята обнаружили уже очень похудевшие свои рюкзаки и сумки.

— Встать, быстро!! — Скомандовал незнакомый им сержант.

Темнота казармы ещё больше напрягала своим загадочным страхом. Горели лишь дежурные светильники, слышно было что в глубине расположения находился неизвестный народ и слышны не разборчивые голоса.

— По одному заходим в каптерку с вещами, получаем форму и выходим, мухой. Всем ясно? — сказал сержант.

Первым в дверь зашёл Фомин, загадочное помещение, с тусклым освещением и дымкой от искуриных сигарет встретило его. Комната была завалена разными военными принодлежностями, одеждой, и бумагами. Стол, стоявший возле окна, из которого пробивал такой же тусклый свет уличного фонаря как и настольная лампа, светил прямо в глаза. За столом сидел Прапорщик, который доставлял их в часть. Рядом в накинутой на плечи гимнастерки стоял боец, и курил сигарету.

— Вещи на стол, показывай что в сумке! — Скомандовал Матков.

— Так она почти пустая уже, у меня все украли пока в столовой были. — В армии нет слово украли, боец, есть слово про… терял ё моё. — ответил ему Матков. — Нет ввещей, сумку в угол, и тряпье свое снимай, будем из тебя военного делать.

Фамилия? — Фомин, ответил он. — Потапов, размер 43, рост 4, — крикнул Матков.

Боец засуетился за спиной прапорщика, и кинул в ту же секунду к ногам Фомина кирзовые сапоги, следом положил на стол камуфляжную форму.

— Получил, иди от сюда, воин, и следующего позови ё моё! — крикнул старшина.

— Гребаный автобус, кто его готовил к поездке ё моё, чтоб у них руки отсохли, по ночам тут задницу отсиживать приходится с вами, ни кому ни чего не надо кроме Маткова, вся армия на прапорщиках только и держится, ротному не надо, свалил домой, Козёл, или бухает где нибудь с дежурным.

— Так может мы сами, товарищ старшина? — Спросил стоявший рядом боец.

— Сами, едрит ваш корень, вы только армию объедать можете, вояки недоделанные. Ладно, Потапов, принимай, я домой пойду, устал чего то. И если я завтра приду и будет тут эт самое, я тебе ытцфтс… ну ты понял меня ё моё. Чтобы порядок был тут у меня.

Матков вышел из каптерки, обвел взглядом новобранцев.

— Обуза для армии ёмое. — вышел из казармы.

Сержант, толкнувший Айрата в строй, крикнул ему.

— Чего ползешь как таракан беременный, получил-встал обратно. — И начал вещать дальше. — Слушайте меня внимательно, меня зовут сержант Морозов, теперь я ваша мамка. — В строю раздался смешок.

— Я сказал что то смешное? Это ты, рыжий, тявкнул? — Заорал Морозов.

Сержант подошёл к щуплому рыжеволосому парню и схватил за его полосатую футболку. Вытащил его из строя.

— Представься, салобон. — Сержант крикнул прямо в ухо несчастному.

Рыжий, посмотрел нагло в глаза сержанту и ответил громко.

— Меня зовут Костя!

И тут засмеялась вся казарма.

— Костя? Тебя звать Костя? — грохотнул на всё расположение сержант. — Запомни, дебил, тут всем насрать на твоё имя, фамилию назвал свою, или я прибью тебя прямо здесь!

— Порохов, Порохов моя фамилия! — отозвался парень.

Сержант взял за ухо и толкнул ещё глубже в строй.

— Следующий, бараны! — раздался из каптерке голос.