Книга Братва-5. Книга 1, страница 40 – Виталя Гусынин

— Понимаю. Но только он сам не прав, так с матерью себя ведёт. Решил воспитать его немного. — Ответил Сашка.

— Не тебе решать кто прав, а к о нет. Не прав сейчас только ты. Ты нет ни кто и зовут тебя никак. А они сами по семейному разберутся дома и ты лезть в э о не имеешь права. Ты ещё легко отделался, но не думай, что так просто тебе это спустят. Два ляма с тебя, будет тебе уроком. И не вздумай бежать к цветным. Накажу! — Проговорил Шустрик.

— Я все понял. Но почему так много? — Расстроенным голосом, спросил Александр.

— Жизнь у нас нынче дорогая стала. У тебя вон друзья какие, помогут. Все, закончили базар!

Шустрик потрепав по-дружески Ромку по голове, прошёл, сел в свой джип и уехал. Моряк развёлся руками лишь ухмыльнулся, глядя на Мужчин. Ромка во весь голос засмеялся. Потом подошёл к ухажеру мамы и хлопнул ему по плечу.

— Я тебя предупреждал ведь. Что же вы все такие не понятливые, борзые? Кричите чего-то, угрожаете? А когда вас убивать приезжают, сразу милые и добрые становитесь. Нож гони, сука! И не дай божЭ, матери об этом сказать…. — Сказал он ему.

Сонька в ночь родила дочку. Рыжий метался от радости, собирал нужные вещи и гонялся в роддом. Через пару дней их выписали. Степан как истинный папаша, сразу схватил дочку и вышел с ней на крыльцо выписного отделения. Ленка сфотографировал их всей семьёй и они отправились праздновать это событие. Впопыхах и суете Рыжий так и не выбрал имя для ребёнка. Соня решила это ответственное задание поручить ему. Сидя за столом стали перебирать имена. Настя, Оля, Даша, Юлия. Но так ни на чем конкретном и не остановились. Ромка сидящий за дальним углом стола и втихаря сшибая рюмочку за рюмкой, пока взрослые не видят, Проговорил.

— Так хрен ли голову ломать? Помниться мне, ты дядя Степка, говорил, что чем то там обязан за отца, про какой-то крест. Так назовите Александром дочку то. Разве плохо?

— Хм, а что. Вот хоть одна здравая мысль за сегодня. Все! Решено! Так и будет! За Александру, за Сашеньку нашу! — Заголосил Рыжий.

Всё одобрили такое решение, заулыбавшись поглядели на Рому. Тот тоже был доволен, что его мнение приняли. Потом демонстративно не смотря на всех, взял и выпил. И вышел из дома на улицу. Закурил. Следом за ним вышел Рыжий, накидывая на ходу на себя куртку.

— Ты чего ушёл то? — Так же закуривая, спросил Степка.

— Да хер знает, навеяло что-то. Отца вот вспомнил. — Ответил Рома.

— Ну ты это, дружище, хорош! Слушай, а давай сейчас к нему рванем, навестим а? — Предложил Рыжий.

Ромка тот час же согласился. Они сели в машину к Степке и отправились на кладбище, по пути взяв с собой бутылку водки. Подойдя к могиле, которая была завалена снегом они несколько минут стояли молча, глядя на выступающий монумент с фотографией Сашки. Который так и остался в сердцах всех вечно улыбающимся и весёлым парнем.

— Эх, батя, батя. Что-то не выходит из меня толка. Одни проблемы у всех со мной и из-за меня. Ты прости меня, что я не слушал тебя, да вообще за все прости, папка. Тяжело нам в этой жизни без тебя, без твоего характера. Бардак какой-то начался. А я мудак. Я не такой как бы хотелось быть. Не в тебя. Прокаженный я. — Проговорил Ромка и выпил прямо из горла.

— Ну ты прекращай причитать. Нормальный ты. Хулиган просто и неслушник. Сами мы такие же были. Это все судьба такая. Черт бы её подрал. — Произнёс Рыжий.