Книга Начальник, страница 61 – Виталя Гусынин

— Менты все забрали. Остались только личные охотничьи ружья и «Сайга».

— Берем и поехали разбираться с Татарином и этим жирным!

И поехали. Только не к Ренату и не к Георгиевичу. А к его дочке — Насти. Выслеживали ее дня два, катаясь за ней на машине. Вот девушка вышла из подъезда и направилась к остановке. За углом дома, дорогу ей перегородила белая «четверка», двое парней в охотничьих костюмах затолкали ее в салон и Машина сорвалась с места, поднимая фонтанчики снега из под колес.

«Слушай меня сюда, начальник!». Проговорил неизвестный голос в трубку телефона. «Говоришь где Андрей Шутов, сдаешь своего волчонка — Рената и тогда твоя дочь останется жива и вернётся домой сегодня».

— Сука! Я вас всех, блин ё! Сгною на хрен! — Заорал в ответ Георгиевич.

«Не хочешь по-хорошему, найдёшь свою дочь по весне, когда снег растает».

— Через час, встречаемся на аллее, возле депо. Получаешь своего Шута, вернешь мне дочь! — Сказал Титов и скинул вызов.

После чего, набрал Кирякова, объяснил ситуацию на эмоциях и приказал мгновенно поднимать свое подразделение.

— Татарин бля! Езжай сейчас в парк, где конечная девятки, жди там, к тебе подкатят спартанцы. Людей с собой возьми, делай че хочешь, но задержи этих гадов, потом ОМОН приедет. — Кричал он Ренату в телефон.

Но все снова пошло не по плану. Кирякова отправили с отрядом СОБР и ОМОНом, на какой-то совершено неизвестный адрес, для задержания группы лысоголовых, которые напали на приезжих граждан, с ближнего зарубежья. Татарин, Енга и еще двое его парней, тусовались на аллее, в ожидании неприятелей. У всех с собой были пистолеты. Все были настроены серьёзно. Вот вдалеке, на дороге, остановилась черная «Ауди-селедка». Вышли четверо и направились в их сторону. Вдруг Кирилл заметил, что с противоположной стороны сквера, в их сторону направляется еще одна группа из трех человек. Все были в черных костюмах, как у охранников торговых центров. Сперва Ренат принял их за ментов, о которых предупреждал Георгиевич, но уже в последний момент, когда со стороны первой группы открыли огонь из оружия, он понял, что это «Спарта».

Егна быстро сориентировался, вынул свой ствол и стал стрелять в противоположную компанию. Татарин завалился за кусты и палил наугад. Началась перестрелка и стрекотня автоматического оружия. Двое на аллее лежали лицами вверх, без движения. Рядом носились неизвестные люди из народа и визжали. Та нежданная троица, так же стреляли в людей Рената. Один парень распластался на скамейке, прикрыв спиной одну девушку. Его расстреляли чуть ли не в упор. Женщина трепыхалась под телом и громко стонала. Стрельба не стихала. Татарин с двух рук палил в разные стороны, прикрывая огнём своего друга Кирилла. Он был ранен в ногу и корчась от боли, валялся по примятому снегу, почти посреди сквера. Ренат так же почувствовал пронзающие ощущения в области плеча и закричал четвертому своему бойцу.

— Валим! Енгу забирай! Валим! Я ранен!

Но Енге было уже не помочь. Его в упор, на земле, расстреливал один боец, из противодействующей группы. Татарин с дружком смогли уйти. Добежали до припаркованной машины и уехали.

Георгиевич приехал на место, когда уже все было готово. На лавке валялся труп, кругом все было усыпанно гильзами и улито кровью. Какая-то девушка истерила в карете скорой помощи. В кузовке патрульного УАЗика сидел окровавленный Итальянец, с перевязанным плечом и ногой, прикованный наручниками к решетке дверцы.