Книга Первая кровь, страница 68 – Андрей Абрамов

— Аканиты, – произнесённое в тишине слово эхом отдалось под сводчатым потолком. – Подтвердить или опровергнуть это нам предстоит сообща. Также у отступников имелись списки о местонахождении черпиев, недоступные никому кроме самой церкви. Исходя из этих фактов, я предъявляю обвинение верховному монаху Азраилу. Именно он отпевал мои урны.

— Это требует доказательств, – Арисменди сбавил обороты, но по-прежнему противился.

— Для этого у Вас есть Святая инквизиция, – язвительно заметил Экберт. – Приведите Азраила.

Франциско Мерсидос подозвал монаха-аколита. Шепнул на ухо указание. Тот поклонился и покинул капеллу.

— Чтобы разобраться в этом сложном деле, я предоставлю Вам право доступа в закрытые архивы, епископ, – Мерсидос повернулся к Арисменди. – Уверен, что и Вы последуете моему примеру. Тем более если речь идёт об Аканитском отлучении.

— У меня есть просьба. И к вам, Ваше Святейшество, и к вам, Ваша Милость, – Брюмо поочерёдно посмотрел на своего наставника и на короля. – Если мой юный друг будет не против, я бы хотел, чтобы он перешёл под моё шефство и помог в расследовании дела.

Артур опешил от сказанного заявления. Он, конечно, почти свыкся с кульбитами судьбы, но чтобы с такими кардинальными… С другой стороны, скучная жизнь черпия теперь казалась настолько… скучной. Сам того не заметив, Артур несколько раз кивнул, выказывая своё согласие.

— Видимо, без помощи молодого церковника нам не обойтись, – иронично ответил Экберт. – С повышением, черпий!

— Я тоже не возражаю, – Мерсидос провёл рукой по седой бороде. – У мальчика кристально чистая связь с божественными линиями. Впрочем, это мы обсудим отдельно.

В залу вбежал монах-аколит. Набрав в лёгкие воздуха, разом выпалил:

— Ваше Святейшество, верховного монаха нигде нет. Келья пуста. Никто из монахов не видел его со вчерашнего вечера.

— Это косвенно подтверждает Ваши слова, епископ. Мы продолжим его поиски, – Мерсидос оправил полы церковной рясы. – Теперь нужно поспешить. В какое узилище доставили обвиняемых, кардинал Арисменди?

* * *

Де Бромосса надавил на рукоять ножа. Покрытые ржавчиной зубья впились в гладкую кожу. На пол упало несколько капель крови. Алберт перестал подвывать и дёргаться. От переживаемого шока юнга потерял сознание.

— Я же говорил, что девчонка не выдержит! – инквизитор убрал нож и отошёл в сторону, наслаждаясь зрелищем. – Рано. Ещё рано. К сожалению, в паху слишком много сосудов – истечёт кровью, прежде чем успеет сознаться. А вот огонь, наоборот, останавливает кровь и делает разум чистым! Додо, что там у тебя есть из подогретого? Прижги девчонке ранку.

Сутулый извлёк из жаровни покрасневший прут с деревянной рукояткой. Встал перед обмякшим Албертом и приложил алый наконечник к разрезу. Зашипела подгорающая кровь. Запахло горелой плотью. Юнга на какое-то время пришёл в себя и снова отключился.

— Ну что, молодой человек? Вспомнили? Нет? – де Бромосса положил нож на стол. – Так!

За многие годы инквизитору приелись однообразные пытки. Он постоянно придумывал новые сценарии, призванные удовлетворять его нестерпимую страсть к созерцанию чужих мук. В этот раз он решил превзойти самого себя.

— А давай поиграем в игру! Чем быстрее ты расскажешь всё, что знаешь, тем больше у твоего сообщника останется целых костей! Вам нравится такая игра? Бун, Додо?