Книга Первая кровь, страница 122 – Андрей Абрамов

— Хотите сказать, что у Губернатора есть связной в епархии? – Экберт ткнул в пепельницу наполовину выкуренной сигарой. Игривый тон вмиг превратился в угрожающий.

— Я бы не стал внимать словам убийцы священников! – кардинал Мерсидос поднял указательный палец. Всегда добродушное лицо посуровело.

— Как ты смеешь обвинять церковь в измене, еретик? Ваша Милость, засланник не иначе как имеет цель посеять между монархией и духовенством вражду!

— Не исключаю. Однако все мы знаем о случае с Азраилом, – Экберт пробежался взглядом по залу, ища нужного человека. – Что говорят Ваши урны, епископ?

Брюмо еле заметно вздрогнул. Ах, как же он боялся этого вопроса! Боялся, но ждал. Короля понесло. Будь тот немного предусмотрительней, не стал бы сейчас ковыряться в столь остром и неприятном вопросе. Знает же, что следует сначала выяснить – кто здесь друг, а кто враг, и только потом заниматься изобличением. А доказательства?! Пока всё только на словах. Он конечно сам недолюбливает Арисменди, но кардинал есть кардинал. Чтоб к такому подобраться, нужно иметь за рукавом что-то посерьёзнее слов валирийского головореза. Епископ разогнал хмурые мысли и встал.

— Урна проницательности молчит, хотя в этот раз она отпета по созвучию, – Брюмо многозначительно посмотрел на кардиналов. – Мне, к сожалению, не удалось обсудить этот вопрос с Азраилом. Он был немного… не в себе. Сам факт предательства священнослужителя высшего чина уже говорит, что Губернатор запустил свои щупальца в духовенство.

— Я задал прямой вопрос, епископ. Ответьте, – Экберт не отмеривая плесканул в бокал коньяка.

— Урна молчит, а значит, что наёмник говорил правду. Но это и без того известно. Азраил не мог действовать в одиночку. Должно быть прикрытие.

— Спасибо, епископ. Это всё, что я хотел услышать от Вас.

— Ну что ж, давайте продолжим. Вам есть что добавить? – Жерар перевернул страницу записной книжки.

— Я рассказал всё, что знал…

— Скажите, Вам известно о символе Аканитского отлучения? – неожиданно для всех вставил епископ.

— Простите? – Рябой сдвинул брови, не понимая о чём идёт речь.

— Красный и Чёрный персты. Древние реликвии адептов-аканитов.

— А! Да. Кажется, я понял о чём Вы. Несколько месяцев назад Губернатору доставили артефакт. Он всегда держит его при себе. Не знаю что это, но оно плохо на него влияет.

— В каком смысле?

— Рука. Раньше у Губернатора была здоровая рука. Сейчас же она ссохлась до корявой ветки.

— У меня всё, инспектор, – Брюмо кратко поклонился.

— Уведите наёмника! Позже решим, как с ним поступить, – Экберт опёрся руками в стол и широко улыбнулся. – Ну а теперь о главном! Хорошая новость, господа! Наши пропащие тихоходы наконец возвратились! Правда не все, но это не главное. Они привезли то, о чём Вы рассказывали, епископ!

— Хотите сказать…

— Да! Гвардейцы изловили того самого исполина! Расспросить его не удалось – он совершенно неконтактен. Сидит и с интересом всех разглядывает. Удивительное зрелище! – ответил за короля главный комендант.

— Зачем Вы притащили его в город? Он опасен!

— А почему нет? Мы должны знать врага в лицо. Я намеревался отдать его в НИИ ЕиРФЖ, но потом передумал.

— Если хотите полюбоваться на это чудовище, поторопитесь, – Арисменди довольно улыбнулся. – Как говорится – у страха глаза велики, инспектор Брюмо! Он совершенно неопасен. Завтра мы сожжём его на аутодафе.