Книга Мёртвая паства, страница 100 – Андрей Абрамов

Артур на всякий случай обратился к ментальному зрению. Едва мерцающая искорка среди четырёх ярких точек. Куэрко жив, но его метка… Что это? Летаргический сон?

— Куэрко! Ты просил разбудить, если вернётся Искатель. Вот! Посмотри. Здесь Дербис!

Капюшон едва заметно качнулся. Раздался шипящий звук, похожий на слишком продолжительный выдох.

— Убери с меня эти тряпки, Семиглазка.

Артур напрягся. Человек в лохмотьях вызывал сочувствие, в лучшем случае жалость, но голос, который доносился из-под его капюшона, навевал чувство страха и омерзения. Басовитый. Надменный. С претензией на превосходство. Как будто в келье собрались недостойные его внимания. Невольно вспомнился епископ Де Бромосса.

Проводник протянул дрожащие руки, и осторожно отодвинул капюшон назад.

По сравнению с Семиглазкой, Куэрко оказался тем ещё «красавцем». Обычное лицо. Рот. Глаза. Уши. Но голова…

Сразу над бровями блестела скошенная бугристая макушка, обтянутая большим количеством кожи. Ближе к темени черепная коробка резко поднималась и закруглялась кривым затылком.

— Я награжу тебя счастливыми воспоминаниями, Семиглазка. Оставь нас. Мне многое нужно обсудить с Искателем Дербисом.

— Располагайтесь где удобно и не смотрите на беспорядок. Настрого запретил стаскивать сюда хлам, но Семиглазку разве исправить? – Куэрко покосился на Бенджамина и перевёл взгляд на монаха. – Ты познакомишь меня со своими спутниками?

Каждое слово Безголовый подчёркивал мимикой, но тело всегда оставалось неподвижным. Голова тоже не шевелилась. Создавалось впечатление, что Куэрко утратил контроль над физической оболочкой и нивелирует эту потерю излишне активной эмоциональностью.

Максанс плюхнулся в мягкую кучу, вытянул руки в стороны и устало откинулся назад, выпрямляя затёкшую спину.

— Артур Эдельманн и Бенджамин Уайт. Обучаю их кое-чему, – небрежно бросил монах. – Твои люди не так уж и миролюбивы.

— Ты нарушил их покой, а потом дал надежду. Клятва Искателей всё ещё живёт в нашей памяти, – Куэрко закатил глаза. Бугры на скошенной макушке заходили волнами. – Почему ты вернулся, Дербис? Плоские боги давно оставили эту обитель. Былого могущества не вернуть.

— Я здесь не за тем, чтобы бередить забытое прошлое. Важное дело привело меня.

Куэрко снова закатил глаза. Из приоткрытого рта вырвались странные звуки, похожие на птичье клокотание.

— Ищешь моего неспокойного соседа? Зачем он тебе?

— Для чего эти глупые вопросы, Куэрко? Ты и так знаешь ответы. Помоги мне и я снова уйду. На этот раз, навсегда. Общине не нужны Искатели. Все вы поддались искушению лимба.

— Лимб сделал нас счастливыми. С тех пор как исчез последний Искатель, мы стали заложниками собственного разума. Вы предали нас, но мы продолжаем верить и ждать. Верить и ждать! Люди обители забыли об этой подлости. Мне пришлось дать им новые воспоминания, – Куэрко осмотрел каждого присутствующего. – Я могу погрузить твоих спутников в лимб, Дербис. Скажи, почему мне не следует этого делать?

— Потому что больше лимба, ты боишься потерять контроль над ним. Я перебью общину, а тебе навею самый страшный, какой только можно представить, лимб. Ты навеки останешься один в своей вонючей келье, – без колебаний парировал Максанс.

Артур почувствовал, как забурлил божественный пар. Ещё немного и произойдёт сильнейший выброс, пережить который вряд ли кому удастся. Вместе с внутренней тревогой вспыхнула и урна опасности. Рука самопроизвольно обхватила навершие чекана.