Книга Мама, я – Игрок!, страница 46 – Ник Вотчер

Именно в такой обстановке паранойя расцветает пышным цветом. Я ловил на себе взгляды некоторых Игроков. Тех самых, кто прибился к рейду в последний момент. В том числе того недовольного бородача с топором. В их глазах мне чудился расчетливый, голодный интерес. Они обменивались короткими, ничего не значащими фразами и жестами, но их взгляды постоянно скользили по гильдейским «мулам», несущим самые объёмные мешки, и как будто оценивали наше снаряжение.

Я старался держаться поближе к Лене и Сане. Мои навыки были бесполезны в открытой драке. Я это прекрасно осознавал. Физическая слабость делала таких как я лакомой мишенью. Оставалось надеяться только на честность Макса и его людей. Что они, в случае конфликта, помогут, если и не из благородства, то хотя бы из чувства благодарности.

Через час пути мы вышли в обширный грот. В центре его зияла чёрная дыра колодца, обнесённая низким каменным парапетом, испещрённым различными пиктограммами. От колодца расходились три коридора.

Макс поднял руку, останавливая отряд.

— Привал на десять минут. Проверяем снаряжение, пьём воду. Разведгруппа, осмотрите коридоры, но не дальше ста метров.

Пока гильдейцы совещались, я подошёл к бортику. «Лингвистический Анализ» заработал на полную. Пиктограммы складывались в последовательность, рассказывающую историю.

Первое изображение: группа человечков подходит к колодцу.

Второе: один человечек отделяется и остаётся у колодца, остальные уходят по одному из коридоров.

Третье: ушедшие человечки благополучно проходят мимо каких-то ям с шипами и падающих камней.

Четвёртое: человечек у колодца… исчезал. На его месте был лишь пустой круг.

А ниже была длинная надпись на уже знакомом мне языке, который попадался мне ранее. Мой навык, с трудом, но перевёл её:

Чтобы обойти гибель, принеси жертву Алтарю Безмолвия. Оставь её в комнате предначертания, и проход откроется для остальных. Только плоть может заплатить за путь.

Жертва откроет путь. Один заплатит за всех.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Что-то мне подсказывало, что ради безопасности своих парней, Макс может решиться на принесение жертвы.

— Эй, умник, нашёл что? — над моим ухом прозвучал грубоватый голос.

Я вздрогнул от неожиданности. Рядом стоял один из «одиночек» — коренастый мужик с небритым лицом и парой длинных ножей на поясе. Если не ошибаюсь, его звали Глеб, и я видел, как он общался с тем бородатым топорщиком. И прямо сейчас он стоял и смотрел на меня с каким-то нездоровым любопытством.

— Так, древние каракули, — пожал я плечами, стараясь говорить небрежно. — Ничего полезного.

— Ага, — недоверчиво протянул Глеб. Его глаза сузились. — Говорят, ты в том Разломе с крабами подсказки читал. Босса помог победить. Может, и тут что получится?

В его тоне звучала не просьба, а намёк на угрозу. Я непроизвольно отступил на шаг, натыкаясь на каменный парапет.

— Пока нет. Может, дальше что-то будет.

— Хорошо бы, — пробормотал Глеб и отошёл, бросив на меня последний оценивающий взгляд.

Сердце колотилось где-то в районе горла. Этот тип был опасен. И он точно был не «одиночкой», как хотел это показать. Я видел, как он переглянулся с ещё парой таких же мрачных личностей.

Вернувшись к своим, я тихо поделился опасениями с Леной и Саней.