Книга Ян и Инь 3. Свой, среди чужих, страница 26 – Павел Вяч, Ник Вотчер

Уверен, что ему отдали самых плохих и слабых, в надежде, что остальных можно будет забрать какой-нибудь хитростью. Но даже если и так, то в его положении и подобный «куш» будет не лишним.

Практически весь день прошёл в монотонном движении. Взгляд давно уже ни за что не цеплялся. Однообразный пейзаж, одни и те же звуки и запахи, ничего нового. Даже никакой захудалой аномалии на пути не попалось. Единственным событием, заслуживающим внимания было столкновение с крупным отрядом хана Алтангэрэла, в результате которого враги скрылись, а ряды Баруун Гара сократились.

«Светлячки» — как пренебрежительно называли людей хана Алтангэрэла, умудрились собрать неплохой «урожай», прежде чем отступить. Погоню отправлять не стали, но несколько отрядов теперь держались на значительном расстоянии от основного войска, чтобы, в случае очередного нападения, заранее о нём предупредить.

Мы в сражении не участвовали. Так что пришлось довольствоваться лишь слухами, которые пересказывали друг другу дайчины Алахчита. А они, как я уже успел убедиться, любили приврать.

Момент с нападением был для меня не понятен. Я так до конца и не разобрался во взаимоотношениях между разными монгольскими кланами и племенами. Но то, что одни из них нападают на других, было очевидно. Объяснять же нам местные расклады никто, ясное дело, не спешил.

На ум приходило только моё видение, где три духа-коня общались друг с другом, и где один из них, который был чернее ночи, заявил им о том, что выбрал кого-то…

Я напряг память, пытаясь вспомнить то видение, но всё было туманно. Кроме трех духов и того, что они проявляли друг к другу враждебность, вспомнить ничего не удалось. Но где-то в глубине души я был уверен, что это всё связано.

Сражение с духами в аномалии не прошло для меня даром. Были как положительные моменты, так и отрицательные. Но положительные, как по мне, перекрывали все минусы. Духовная энергия вернулась!

До самого вечера я оценивал её запасы и скорость восстановления, пробовал формировать покров и общался с Инем. Он отвечал коротко, но той слабости, которая была в его голосе, когда он вернулся, не было. И это радовало и дарило надежду, что у меня… точнее, у нас, всё получится.

Из неприятного, кисти рук у меня так и болели, хотя внешних повреждений не было. Даже цвет был обычным. Хуже всего было когда я окутывал их покровом. Неприятные ощущения усиливались, словно я погружал руку в тело духа. По словам медоеда, это пройдёт. И пройдёт ещё быстрее, если я найду ему духов для поглощения.

Вечером за нами пришли. Четыре дайчина с эмблемой Баруун Гара проводили нас до огороженной площадки, вокруг которой столпилось много людей. Кто-то сидел, кто-то стоял, места всем не хватало, поэтому были слышны недовольные возгласы, когда какой-нибудь наглец пытался пробраться поближе, чтобы в полной мере насладиться кровавым зрелищем. А то, что зрелище будет именно кровавым, я не сомневался. Алахчит, напоследок, успел в красках описать всё, что нас ждёт.

Нас завели в круг, и сопровождающие тут же ушли. Окрестности погрузились в тишину, которую нарушил правая рука хана.

— Сегодня, под светом благословлённых Предков, состоится бой! Нарушившие закон должны будут доказать своё право. И да будут Предки свидетелями! И да укажут они в своей справедливости на достойных!