Книга Мама, я теперь большой начальник!, страница 18 – Ник Вотчер

— Слушаю вас, Алексей Борисович, — произнёс я спокойно, глядя новому главе прямо в глаза.

Он на мгновение задержал на мне взгляд, потом перевёл его на Егора, который переместился, усевшись напротив меня.

— Егор Алексеевич хотел бы опровергнуть обвинения, которые Вы выдвигаете Николай Андреевич.

— Я не ослышался? Опровергнуть? Да на нём штамп некуда ставить.

Егор после моих слов дёрнулся, словно его ударили током. Его рука сжала папку так, что костяшки пальцев побелели от напряжения.

— Это всё клевета! — выпалил он, но его голос в конце сорвался в фальцет. — Это всё ложь! Я не делал ничего из того, в чём меня обвиняют! Я никого не шантажировал, не пытался ни на кого давить…

— Угу, а ещё вода сухая, а банкиры честные, — лениво перебил его я. — Давай уже переходи к сути.

— Вы видите, Алексей Борисович! Как я и говорил, это грубый, неотёсанный, невоспитанный мужлан! Он просто мне мстит!

— Серьёзно? За что? — я скептически поднял бровь, всем своим видом выражая пренебрежение.

— За то, что я хорошо и честно выполнял свою работу в дисциплинарной комиссии! Это всё из-за того, что я узнал, что у него есть Личный Осколок Мира, который он скрывает от Гильдии! Я слышал, что это может быть опасно! Тем более, если использовать его для незаконных… для… — он запнулся, подбирая слова.

Алексей Борисович поднял руку, останавливая Егора. Тот замолчал, но его глаза всё ещё метали молнии.

— Николай Андреевич, — новый глава перевёл взгляд на меня. — Что вы можете сказать на это?

Я откинулся на спинку стула, чувствуя себя на удивление спокойно. Внутри меня клокотала холодная ярость, но внешне я оставался невозмутимым. Я знал, что сейчас нужно было сыграть свою роль идеально.

— Я могу сказать, что Егору Алексеевичу следует заново пройти медосмотр, — ответил я, и мой голос звучал ровно и уверенно. — Вместо того чтобы ответить на обвинения в шантаже, давлении на Игроков и использовании служебного положения в личных целях, он выдумывает какие-то небылицы, тем самым пытаясь создать себе оправдание, ссылаясь на какую-то якобы скрываемую мной информацию.

— Это не какая-то информация, а факт! — перебил меня Егор, подаваясь вперёд. — Я видел, как он открывал проход в свой Личный Осколок! Он его скрывает, а это прямое нарушение правил Гильдии! Я требую провести проверку и обыск!

— Егор Алексеевич, успокойтесь, — произнёс Алексей Борисович, и его голос стал холоднее. — Давайте не будем скатываться в голословные обвинения. Если у вас есть подтверждения ваших слов, просто предоставьте их.

Егор растерянно заморгал. Он явно не ожидал, что новый глава не встанет на его сторону сразу же, как только тот услышит про Осколок. Возможно, у них и были какие-то договорённости, но Алексей Борисович почему-то не спешил давить не меня, как и не пытался прикрыть Егора.

— Но… я могу… прямо взять и предоставить? — он замялся, понимая, что никаких конкретных доказательств у него, по сути, нет. — Надо просто провести обыск, и тогда… Я могу найти свидетеля, который подтвердит, что видел, как Николай…

— Свидетельские показания — это не доказательства, — перебил я, и мой голос прозвучал чуть более резко, чем мне хотелось. — Даже если бы у меня действительно был Осколок, повторю, «если», то это не повод давить на меня, угрожать какими-то там последствиями и прочее, дабы вынудить отдать его… Кстати, кому именно? И вообще, насколько я в курсе правил, любой Игрок имеет право на развитие своих навыков, характеристик и возможностей. А также на трофеи, добытые в Разломах, в том числе и артефакты. Осколок же, по своей сути, является артефактом. И выходит, что обладание им не запрещено правилами Гильдии. Так что ваши попытки обвинить меня в обладании артефакта, дающего доступ к Личному Осколку, выглядят отчаянной попыткой спасти собственную шкуру.