Книга Попаданка в послушницу, страница 98 – Ольга Росса

Довольная, я направилась в контору отдать распоряжение приказчику, и можно ехать домой. Войдя в административный домик, я удивлённо вскинула брови. А вот и господин Челищев прибыл.

— Добрый день, Евгений Платонович. Думала, вы уже не приедете.

Инженер подскочил со стула, засовывая купюры во внутренний карман пиджака, наверное, полученный гонорар за срочность.

— Здравствуйте, Ваша Светлость, — склонил он голову. — Простите, был занят. Только сегодня смог приехать. Родион Анатольевич уже расплатился со мной. Благодарю.

— Рада, что фабрика вам больше ничего не должна, — слегка улыбнулась я из вежливости.

— Елена Викторовна, если мои услуги ещё понадобятся, с превеликим удовольствием займусь чертежами, — просияла улыбка на его одухотворённом лице.

— Думаю, понадобятся, — вспомнила я о следующем пункте модернизации. — На фабрике пора менять канализацию: построить очистные сооружения и проложить металлические трубы вместо кирпичного арыка. Справитесь с таким непростым заказом?

— Конечно, — уверенно ответил он. — С удовольствием возьмусь за это дело.

— Проект несрочный, можете не торопиться. Если нужны чертежи фабрики, Родион Анатольевич выдаст вам под расписку, — я решила не искать другого инженера. Челищев блестяще справился с предыдущим заказом, пусть работает.

— Понял, Елена Викторовна, — он схватил со стула портфель. — Завтра привезу договор. Всего доброго.

Инженер покинул контору. А я немного задержалась, отдала распоряжения приказчику и счетоводу, чтобы выплатил премию механику.

Выйдя за ворота с облегчением заметила, что Челищева нет. Значит, пролётка ждала его, и он умчался. Не хотелось подвозить его после того, как он скоропостижно убежал при появлении Бутурлиной.

Дома меня встретила кухарка. Родственницы ещё не объявились. Надеюсь, скоро Екатерина расскажет о том, где они на самом деле были.

Мать с дочерью вернулись как раз к обеду. Антонина сияла и была довольна проведенным временем вне дома. За столом она живо описала, как они пили чай у сударыни Лебедевой (даже не покраснела), потом как проехались по магазинам, похвасталась покупками. Жалованье у Екатерины небольшое, похоже, дамы до копейки всё потратили. Кузина весь обед молчала, словно в рот воды набрала. Не умеет она врать, в отличие от своей матушки.

После обеда я ушла в свою комнату, надеясь, что в скором времени, придёт Екатерина. Она явилась через десять минут, тихо постучав в дверь. Я впустила кузину и указал ей на стул.

— Рассказывайте, где вы были. Жду подробностей, — пытливо посмотрела я на девушку.

— Ни к какой сударыне Лебедевой мы не ездили, — вздохнула она. — Маменька по пути объяснила, что не хотела вас тревожит, вот и сказала неправду, из-за того, что вы повздорили с Ольгой Константиновной. Мол, вам будет неприятно.

— Значит, вы поехали к ней, — поняла я, что не ошиблась.

— Да. Княгиня была крайне недовольна тем, что маменька приехала не одна, — тихо говорила она. — Правда, после чая они заперлись в кабинете и почти полчаса там беседовали, а меня оставили в гостиной с шестилетней дочерью княгини и пожилой гувернанткой.

— Значит, ничего не слышали, — я устало прикрыла глаза. — Матушка, что-то рассказывала?

— Я спросила её, но она отказалась говорить, сославшись на то, что княгиня взяла с неё слово молчать.