Книга Попаданка в послушницу, страница 90 – Ольга Росса

— I have said it all, — отчеканил строгий бас, и на лестнице показались две знакомые фигуры.

Князь не сразу заметил меня, так как смотрел на балерину. Вирджиния выдавливала из себя слёзы, вцепившись в руку мужчины. Казалось, она вот-вот рухнет на колени перед ним.

— Значит, говоришь, Его Светлость в клубе? — взглянула я на дворецкого, который стал белее снега. — Мог бы предупредить о гостях.

Мой голос, конечно, услышали, и картина моментально переменилась. Вирджиния перестала истерить, в буквальном смысле повиснув на шее у Ромадановского. Лицо князя стало совершенно каменным, только взгляд потемнел, когда он обернулся, пытаясь убрать удавку из девичьих рук. На его щеке красовался размазанный ярко-розовый след, в тон помаде на губах балерины.

— Простите, барыня, — превратился в тень слуга.

Только этого мне не хватало — стать свидетельницей выяснения отношений.

— Джина, тебе пора, — в голосе князя прозвучал лёд, пробирающий до мурашек, и девушка послушно отцепилась от мужчины, оставив его шею в покое. — Нам больше не о чем разговаривать. Я выполнил все свои обещания.

— Лари, я не отступить, — решительно заявила балерина, но тут же закрыла рот, наткнувшись на пронзительный взгляд мужчины.

— Помочь или вы сами спуститесь? — процедил он.

— Я сама, — Вирджиния свысока посмотрела на меня и, подхватив юбки, начала спускаться, вытягивая мыски ботинок вперёд, словно выполняла у станка батман.

Ромадановский двинулся следом за ней, не спуская с меня глаз, по которым было трудно понять, что думает он о моём появлении. Хотелось сбежать отсюда подальше, но я не собиралась отступать.

Балерина остановилась на последней ступеньке, приблизившись ко мне.

— Всё хорошего, Ваша Светлость, — исковеркала она фразу, свысока посмотрев на меня. Ярко-розовые губы растянулись в ухмылке. Балерина поплыла к выходу. Дворецкий тут же засуетился, провожая гостью.

Когда закрылась входная дверь, Ромадановский, мрачнее тучи, остановился напротив меня, заложив руки за спину.

— Рада, что вы не уехали в клуб, Илларион Константинович, — спокойно произнесла я, смотря на супруга.

— Даже не планировал сегодня туда ехать, Елена Викторовна, — хмуро покосился он в сторону дворецкого. — Простите, что вам пришлось стать свидетельницей сей неприятной сцены. Вирджиния набралась смелости явиться сюда, чего я никак не ожидал.

— Мне нет дела до танцовщицы. Я сюда не за этим приехала, — строго произнесла я, сохраняя внешнее хладнокровие, но сердце застучало быстрее. — Мне нужна ваша помощь, Илларион Константинович. Мы можем поговорить наедине?

— Конечно. Прошу прощения, что должным образом не поприветствовал вас, — он протянул руку, склонив голову. — Доброго вам вечера, Елена Викторовна. Поговорим в кабинете.

— И вам доброго вечера, несмотря ни на что, — расслабилась я, видя, что мужчина настроился на позитивный лад.

Сняла перчатку и подала руку Ромадановскому. Он мягко обхватил мои пальцы и неожиданно приложился губами к тыльной стороне ладони. Я оторопела на секунду, ощутив нежное прикосновение. И князь повёл меня вверх по лестнице.

Кабинет оказался на втором этаже, в стороне от гостиной и бального зала. Скорее всего, сюда допускались только избранные гости.

Внутри помещения оказалось довольно сумрачно, так как окна выходили на север. Ромадановский зажёг сразу три керосиновые лампы — одну у входа и две на рабочем столе. Здесь пахло лавандой и старыми книгами, коих имелось на стеллажах немало. Князь подвёл меня к небольшому дивану, предложив присесть. Честно говоря, хотелось задать нашему общению деловой тон, сидя за столом, но собеседник решил иначе. Пришлось опуститься на удобное сиденье, сам же хозяин кабинета остался на ногах.