Книга Попаданка в послушницу, страница 38 – Ольга Росса

— Екатерина, как вы?

— Уже лучше, благодарю, — вздохнула девушка. — Я даже представить не могла, насколько тяжел труд рабочих.

— Да, и это только в лёгкой промышленности. Я уже не говорю о сталелитейных заводах. Заглянем в красильный цех и подведём итоги нашей инспекции, — кивнула я в сторону соседнего здания.

Внутри помещения было не только жарко, но и очень влажно. Остро ощущались запахи химических веществ. Открытые окна — единственная вентиляция. Как здесь зимой трудятся, не представляю. В цеху работало одиннадцать женщин, не имеющих совершенно никаких защитных средств, даже самого простого респиратора. Одни следили за варочными котлами, другие промывали в барках прокрашенные полотна, третьи отжимали и распределяли ткань на сушильных устройствах. Примитивное оборудование — всё с ручным приводом.

С мастером красильного цеха я уже разговаривала на улице, так как не было сил находиться внутри. Женщина поведала о всех тяготах работы. Переживала, что летом участятся обмороки работниц от теплового удара.

После инспекции мы с Екатериной направились в административный корпус. Приказчик был готов к нашему появлению и предложил первым делом чай. Отказываться я не стала. Мы с Екатериной сели за письменный стол Родиона Анатольевича. И за чашкой чая я поведала мужчине о своих планах модернизации производства.

— Ваша Светлость, вы всё верно говорите, станки устарели, условия труда тяжёлые, котлы надо менять, — вздохнул приказчик, поджав губы. — Да только где на это денег взять? Цены на сукно падают, конкуренция растёт.

— В том то и дело, Родион Анатольевич, что расходы производства растут из-за устаревшего оборудования. Себестоимость сукна высокая, а цены на рынке упали, поэтому прибыль сходит на нет, — уверенно парировала я. — Нужно идти в ногу со временем, чтобы не остаться на задворках жизни. Когда пустят электричество по городу, тогда поймёте, что значит прогресс.

У мужчины вытянулось лицо, он не понимал, о чём я толкую.

— Право, вы меня удивили, Елена Викторовна, — задумался приказчик. — Только где столько денег найти?

— Не переживайте, Родион Анатольевич, теперь это моя забота, — отчеканила я, отставив чашку на блюдце. — Кстати, который час?

Мужчина растерянно взглянул мне за спину.

— Почти полдень, Ваша Светлость, — посмотрел он на настенные часы.

— Пора отправляться в банк и обналичить чек ювелира, — вспомнила я о другом важном деле. — Архип на месте?

— Да куда он денется. Туточки у ворот дежурит, — поспешно ответил приказчик.

— Герман Оттович, дайте мне реквизиты фабричного счёта, — обратилась я к немцу. — Не хочу возить с собой крупную сумму денег. В банке хранить надёжнее будет. Родион Анатольевич, вы в полицию заявили о пропаже управляющего? — чуть не забыла об этом прохиндее.

— Да, Ваша Светлость. Полиция уже занимается его поисками, — заверил меня приказчик.

Затем счетовод передал мне все данные, не забыв упомянуть, чтобы я отозвала доверенность на имя бывшего управляющего, лишив тем самым его права распоряжаться счетом.

Посещение государственного банка оказалось утомительным и долгим. Все операции проводились вручную, клерк не спеша заполнял бланки чернилами, выводя цифры и буквы стальным пером. Зато я всё сделала, что планировала, и даже больше: обналичила чек, положила деньги на счёт фабрики и узнала, что в том же банке у меня имеется личный вклад, который достался мне от отца. Правда, денег там лежало не более десяти тысяч рублей с копейками. На полную модернизацию фабрики вряд ли хватит, но можно начать с малого — улучшения условий труда.