Книга Как зомби из трущоб вернула свой кайф, страница 231 – Диана Роулэнд

— Я еще даже в свой телефон не заглядывала, — заметила я, — но буду в полном шоке, если она еще не оборвала мне всю линию звонками и сообщениями. — Я скривилась. — Может, мне сказать ей что-то, ну… чтобы притормозить её, пока мы не разберемся со всей этой херней?

Он потер затылок — жест, который был для него максимально нетипичен и выдавал запредельный уровень стресса и напряжения.

— Её нужно успокоить. Заверить, что всё хорошо. — Он задумался на секунду, а затем тихонько выдохнул: — Скажи ей, что я вырвался из «Сабертона» и нахожусь в безопасности, но меня увезли на… зомби-реабилитацию для восстановления сил. — Нелепая, горькая усмишка перекосила его рот. — В принципе, не такая уж и ложь, учитывая, что мне реально потребуется уйма времени, чтобы оклематься.

Фраза «и придумать, что, мать твою, наговорить ей дальше» осталась неозвученной.

— Она не успокоится, пока не увидит тебя лично, — напомнила я ему, — но раз уж я не собираюсь хоронить тебя в её глазах, думаю, мне удастся удержать её от полноценной истерики. — Я поднялась на ноги, решив, что градус этой тяжелой драмы пора бы немного снизить. — Племя уже в курсе, что мы в порядке и что никакого крота среди наших не было?

Он кивнул, выглядя заметно облегченным из-за смены темы.

— Доктор Никас набрал Рэйчел. Он здесь единственный, у кого есть хоть какой-то авторитет в её глазах.

Единственный, кому Рэйчел безоговорочно поверит, это уж точно.

— Я сейчас пойду проведаю Маркуса. Что мне сказать ему, если он спросит, где его дядя?

Пирс долго и пристально буравил меня своими серыми глазами, прежде чем ответить:

— Расскажи ему правду, если почувствуешь, что момент подходящий, — произнес он. — Если нет, скажи, что информация пока только поступает. В таком случае я сам поговорю с ним позже.

Оставив его, я отправилась на поиски Маркуса. Обнаружила я его на втором этаже в небольшом кабинете: он лежал на футоне, спустив одну ногу на пол и закинув руку на глаза.

— Хей, — тихонько позвала я. Но мне всё равно удалось вырвать его из этой чуткой полудремы.

— Энджел! — Он резко сел и запустил пятерню в волосы. Гниль уже полностью сошла, но выглядел он по-прежнему абсолютно выжатым. — Энджел, — повторил он, и на его лице расцвела улыбка. — Когда я тебя увидел там, я глазам своим не поверил, что ты пришла за мной.

Я собиралась выдать в ответ какую-нибудь колкую хохму, но вместо этого просто шагнула вперед, с размаху обвила руками его шею и вовсю разрыдалась.

Он крепко обнял меня в ответ, его дыхание прерывисто содрогалось:

— Ох, детка…

— Я даже не знала, что они тебя сцапали, — выдавила я, как только ко мне вернулась способность членораздельно говорить сквозь сопли. — Я ведь звонила тебе, чтобы рассказать про дядю, но звонок ушел на голосовую почту. Тогда я накатала эсэмэску и, — я шмыгнула носом, — решила, что всё путем, но это, походу, они сами мне строчили ответы с твоего телефона.

Он бережно смахнул пару слезинок с моей щеки большим пальцем, а затем, видимо, осознал, что за моим слезным потопом ему всё равно не угнаться.

— Это случилось сразу же, как я вернулся домой, — произнес он; его голос был натянут от отголосков пережитого стресса. — У меня даже шанса не было. Я вообще без понятия был, куда меня везут.

Я прижала ладонь к его щеке, жадно вглядываясь в его лицо. Даже если мы никогда больше не сойдемся, внутри меня не было ни единой капли сомнения: этот парень был и навсегда останется для меня кем-то безумно особенным.