Книга Как зомби из трущоб вернула свой кайф, страница 208 – Диана Роулэнд

С безумными от дикого голода глазами он с утробным завыванием ринулся на меня — этот крик буквально полоснул меня по живому, — а затем со страшным, раздирающим плоть звуком замер, натолкнувшись на предел длины своих цепей.

— Энджел. Энджел! — Это орал Пирс. — Лови Эндрю! — прокричал он, уже заходя на прыжок в сторону охранника с транком.

Я грязно выругалась, швырнула открытый пакет с мозгами Маркусу — задержавшись лишь на секунду, чтобы убедиться, что он его поймал, — и со всех ног припустила за Эндрю. Позади меня донесся яростный рык Маркуса и влажное чавканье: он жадно набросился на еду.

Я сбила Эндрю с ног до того, как он успел добежать до двери, и рывком вздернула его наверх, планируя использовать как очень удобный живой щит. Пирс уложил второго охранника и развернулся в нашу сторону. В этот же миг из комнаты выскочила Брэддок и бросилась прямо на меня. В руке она сжимала ствол, а её лицо исказилось от боли и бешеной решимости. При виде несущейся на меня начальницы безопасности из моей груди вырвался глупый испуганный писк, и я изо всей силы толкнула Эндрю прямо ей навстречу.

Брэддок поймала Эндрю и пошатнулась на пару шагов назад. Этого времени мне с лихвой хватило, чтобы проскочить мимо неё. Она снова вскинула пистолет, но я вильнула в сторону, зашла за синий пластиковый бак и с силой толкнула его на неё, выбивая её из равновесия.

— Я сам с ней разберусь, — бросил Пирс, пока Эндрю летел на пол. — Проверь Кайла. — Он мотнул головой в сторону соседней двери и всучил мне три наших последних пакетика с мозгами, после чего переключил всё внимание на Брэддок и Эндрю.

С дрожащими от адреналина руками я сорвала залитую кровью связку ключей с пояса Лысого и открыла камеру Кайла. Я мысленно готовила себя к зрелищу, похожему на Маркуса: сломанный, вывернутый, гниющий, лишенный разума и брызжущий слюной монстр…

Всё оказалось в тысячу раз хуже.

Уткнувшись головой в колени, Кайл сидел у стены — абсолютно голый, покрытый глубокими очагами гнили, сквозь которые местами проглядывали кости и внутренние органы. Его удерживала всего одна цепь вокруг талии. Мне потребовалась жуткая, позорная секунда, чтобы осознать, почему на его запястьях нет кандалов: ему отрубили кисти рук. Он поднял голову, и его глаза были полны такой неописуемой ярости и агонии, что я словила второй мощнейший шок, разглядев то, что осталось от его лица. У него не было нижней челюсти и языка — ничего, кроме зияющей, рваной дыры. Дыхание давалось ему с влажным клокотанием, а кровь пузырилась на губах при каждом выдохе.

Мой заклинивший мозг отчаянно пытался осмыслить эту картину. При такой степени разложения Кайл уже должен был полностью потерять рассудок и превратиться в безумного от голода зверя. Но в его глазах отражалось абсолютное понимание происходящего и вся его запредельная мука.

И тут до меня дошло. Новое лекарство. Первый охранник ведь сказал, что они протестировали на нем новый препарат, который замедляет гниение и удерживает их в сознании при травмах и голоде.

Взгляд Кайла оторвался от моего лица и переместился чуть левее. Я проследила за его траекторией и наткнулась на стоявшую в углу большую металлическую миску, в которой лежали какие-то багрово-коричневые куски плоти.

О нет. Там лежали его кисти, челюсть и язык.