Книга Рассвет ярости и гнева, страница 47 – Мелисса Рёрих

Теон поставил коробку на приставной столик, а рядом положил большую дорожную сумку и две небольшие сумки. Одна из них звякнула, когда он ее опустил, и Аксель тут же на нее уставился.

— Ты чувствовал толчок несколько часов назад? — спросил Теон, снимая пиджак и вешая его рядом с сумкой для ноутбука.

Не отрывая взгляда от сумки, Аксель ответил:

— Какой толчок?

— Тот, который, судя по всему, ощутили по всему королевству, — сказал Теон. — Хотя, наверное, не в Подземелье. Пантеон пал.

Тут его взгляд метнулся к Теону.

— Что это значит?

Теон расстегнул манжеты рубашки и закатал рукава, а потом сказал:

— Именно то, что слышишь. От Пантеона не осталось ничего, кроме обломков. Здание Трибунала тоже.

— Как, блядь, это произошло?

— Отчасти поэтому я здесь, — ответил брат, засовывая руки в карманы.

Аксель нетерпеливо махнул рукой.

— Ну, выкладывай уже.

— Я не… — начал Теон и замолчал. Он провел рукой по волосам, затем по лицу и откашлялся. — Я разобрался с Декретом Откровения… ну, или пророчество, называй как хочешь.

Аксель только моргнул, ожидая, когда брат наконец перейдет к сути.

— Декрет никогда не был инструкцией о том, как следует править Деврамом. Это было пророчество. О Тессе и падении Деврама.

— И? — спросил Аксель.

— Она — дисбаланс, — продолжил он. — Ахаз и Ариус. Свет и тьма. Начало и конец.

— Ахаз и Ариус, — повторил Аксель. — Мы все это и так знали.

— Да, но мы не понимали, насколько все серьезно. Она внучка Ахаза, Ариуса и Серафины. Ее мать до сих пор загадка, но ее отец — бог, и она больше, чем…

— Теон, давай ближе к делу, — перебил Аксель.

Ему было плевать, как брат до этого додумался. Он просто хотел знать, какое новое дерьмо на них вылилось.

— Судьбы придут сюда за ней, — сказал Теон, выпрямляясь под напором тона брата. — Чтобы покончить с ней и восстановить баланс.

Аксель пожал плечами.

— Звучит так, будто это решит кучу наших проблем, учитывая, что она хочет уничтожить наш род.

Вокруг Теона заклубилась тьма, но Акселю было все равно. У него есть заботы поважнее, чем Судьбы, пришедшие за Тессой. Это забота Теона, а Тессе на него точно наплевать. Она ясно дала это понять, когда могла найти его, но не стала. Если бы она это сделала, возможно, все было бы иначе.

Возможно, он бы не боялся спать в одной гребаной постели со своей женой.

— Ты это серьезно? — процедил Теон, когда Аксель не добавил никаких оговорок к своему высказыванию.

Аксель снова пожал плечами и скрестил руки.

— Посмотри, что она сделала с тобой, Теон. Пусть ты и заслуживал некоторой части этого, будучи абсолютным придурком большую часть времени. И да, было бы здорово, если бы она избавила нас от отца, но весь род Ариуса? В нашем королевстве есть невинные, которые не имеют никакого отношения ни к ней, ни ко всему этому.

— Я знаю, — сказал Теон, и в нем что-то изменилось.

Аксель не мог точно определить, что это было, но казалось, что пространство наполнилось чем-то вроде сожаления или смирения.

Когда он не продолжил, Аксель спросил:

— Так что? Ты думаешь, этот толчок, который случился — еще одно знамение?

— Я думаю, это были Судьбы, пришедшие сюда, — уточнил Теон. — За Тессой.

Теон медленно кивнул.

— Что ты недоговариваешь, Теон?

Тот снова провел рукой по волосам, дергая себя за корни.