Книга Рассвет ярости и гнева, страница 346 – Мелисса Рёрих

Теон был самой смертью, какой и всегда. Его тьма сражалась наравне с оружием. Они отрабатывали такие приемы сотни, если не тысячи раз. Но в последние месяцы впервые бились не на тренировке, а ради выживания.

Вскоре стало ясно, что не воины Наследия станут главной проблемой. Угроза исходила от серафимов в небе. Но и на земле работы хватало.

— Тебе нужно подняться туда, — рявкнул Теон, удерживая тьмой двоих воинов Ахаза, пока Лука одним ударом не рассек обоих.

— И оставить вас двоих без защиты здесь?

— Тебе это, блядь, кажется беззащитным?! — рявкнул Теон.

Взгляд Луки скользнул к Тессе. Та выпускала стрелу за стрелой, пока ее сила набирала мощь. И она сражалась не только с воинами на земле. Нет. Ее хаос тянулся в небо и хватал серафимов, которые имели глупость приблизиться к ней. Он стаскивал их вниз, и даже отсюда Лука видел жуткое, ликующее выражение на ее лице, когда она стояла над поверженными и подпитывала свою магию.

Пусть серафимов ее сила уничтожала сама, с воинами она расправлялась стрелами и клинками. Кровь вокруг разлеталась брызгами, а после нее не оставалось ничего, кроме пепла и руин.

Раздался яростный рев, и все вскинули головы: группа серафимов окружили Ксана.

— Лети! — прорычал Теон, пока бойцы Ахаза пытались воспользоваться секундным замешательством. Теон схватил одного из них за горло, и тьма просочилась в сущность врага. Второй…

В тот же миг рядом с Теоном возникла Тесса. Кинжал в ее руке вонзился в бок противника. Когда тот согнулся пополам, она вогнала второй клинок ему в шею. Кровь брызнула ей на лицо, на волосы.

Проклятая богиня хаоса и разрушения.

Словно услышала эту мысль она обернулась, и ее улыбка была одновременно порочной, пугающей и чертовски прекрасной.

— Лука, поднимайся в гребанное небо! — снова рявкнул Теон. — Мы справимся, ясно?!

Стиснув зубы, Лука швырнул свой меч Теону. Тот поймал его, и драконье пламя, окутывавшее клинок, мгновенно перетекло в тьму. Очевидно, меч усиливал силу того, кто им владел.

Их взгляды встретились, и оба подумали об одном и том же.

— Не дай Тессе коснуться этого меча, — мысленно бросил Лука.

— Понял, — процедил Теон, вгоняя клинок в очередного стража.

— С этим мечом мы могли бы столько всего сделать, — возразила Тесса, и Лука ненавидел то, как чуждо звучал ее голос даже у него в голове.

— Я сам разберусь, — снова отрезал Теон, отпихивая врага ногой.

Еще один рев наконец заставил Луку полностью сменить форму, и мгновение спустя он уже был в небе. Его собственный яростный рев слился с ревом отца, а затем рядом оказался Разик. Они вдвоем рванули к Ксану, стремительно и жестко.

Но тут волна силы ударила по ним, отбрасывая назад.

Какого хрена?

Черная ромбовидная голова Разика резко повернулась, выискивали серафима. Проблема была в том, что невозможно было заранее знать, какой силой обладает каждый из серафимов. Тех, кто украл стихийные дары, распознать было несложно: вода, ветер, что угодно. Но те, кто похитил иные способности: искажение реальности, обнаружение силы и, вероятно, еще множество даров, о которых они даже не подозревали. И от этого они оставались непредсказуемыми.

Разик зарычал, перевернулся в полете, и солнечный свет блеснул на едва заметных шрамах на одном из его крыльев. Его массивный хвост хлестнул в сторону, подцепив ближайшего серафима и швырнув его прямо к Луке. Тот инстинктивно сомкнул челюсти, вонзая зубы. Хруст костей и треск ломающихся крыльев слились с криками серафима от боли. А вкус…