Книга Недосказанность. Вкус второго шанса, страница 94 – Татьяна Никольская

— Наташа, Макс сказал, что ты собираешься приехать, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Но ты могла бы и предупредить. И вообще, с какой стати ты появляешься в моей квартире в моё отсутствие? Достаточно было позвонить, встретились бы в ресторане и всё обсудили.

— Ой, ну какой ты бука, Кузнецов! — она капризно поджимает губы и ставит бокал на столмк. — Я приехала, устала с дороги. Твой этот ужасный чёрный монстр, — она брезгливо кивает на Дэна, — сначала на меня зарычал, я чуть в обморок не упала. Пришлось прикрикнуть на него. В общем, Серёж, я приехала спасать ситуацию. Наш сын женится на девочке, её мать — чиновница в СЭС, ты представляешь этот кошмар? Они же наверняка устроят свадьбу в стиле советского общепита или выберут какую-нибудь безвкусицу. Я обязана взять всё под свой контроль. Я уже набросала список агентств, нужно выбрать текстиль, декор, обсудить меню.

Я смотрю на бывшую жену и чувствую, как внутри начинает закипать раздражение. Она говорит о Лизе и Ирине с таким пренебрежением, как будто общаться с ними ниже её достоинства. Она ведь даже не знакома с ними, знает Лизу только по рассказам Максима, но уже выстроила в своей голове какую-то странную, известную только ей, картину.

— Наташа, остановись, — обрываю я её тираду, делая шаг вперёд. Дэн тут же подходит ко мне и садится у ноги, чувствуя мою поддержку. — Во-первых, свадьба будет в «Элизиуме» и такой, какой её хотят видеть дети. Во-вторых, мать Лизы — Ирина Александровна — прекрасная, умная женщина с отличным вкусом. И тебе не стоит делать поспешных выводов, не зная людей.

Наталья удивленно приподнимает идеально нарисованные брови. В её глазах мелькает искра чисто женского любопытства и подозрения.

— Надо же, как ты её защищаешь, Кузнецов, — протягивает она, внимательно осматривая меня с ног до головы. — Неужели эта СЭСовская дама успела тебе так сильно понравиться за пару встреч? Ну ладно, ладно, не кипятись. Я просто хочу, чтобы у нашего единственного сына всё было на высшем уровне. Не переживай, я поеду в гостиницу, я там забронировала номер. Завтра Максим обещал организовать обед, познакомлюсь с его Лизонькой, посмотрю, что там за чудо природы.

Она берёт свою сумочку, подходит к двери.

— До завтра, Серёжа.

Дверь закрывается. Я остаюсь стоять посреди гостиной, глядя на её недопитый бокал вина на столе. Дэн тяжело вздыхает и утыкается носом в мою ладонь. Предчувствие у меня паршивое. Зная характер Натальи, её эгоизм и любовь всё перекручивать под себя, этот её приезд не принесёт нам ничего хорошего.

Сейчас позвоню Максиму и устрою ему разгон за то, что дал ей ключи. Наверное, он звонил мне, чтобы предупредить о кошмаре, который свалится на мою голову. Надо сказать, чтобы он держал мать в узде и не позволял ей лезть к Лизе со своими замашками.

— Дэн, — я присаживаюсь перед ним на корточки, и он радостно виляет задом, выражая восторг по поводу того, что мы, наконец, остались вдвоём. — Ты тоже чувствуешь, что этот приезд не к добру?

В нашем доме со вчерашнего вечера творится что-то странное. И эпицентром всего этого является мама. Обычно собранная, строгая, мысленно всегда находящаяся на работе, сегодня утром она ведёт себя подозрительно мягко.

Начинается всё с того, что Багира на полной скорости влетает на кухонный подоконник, не рассчитывает траекторию и с грохотом валит горшок с маминым любимым спатифиллумом. Земля веером разлетается по чистому полу. Я холодею, ожидая неминуемой грозы и лекции о том, что кошку пора воспитывать. Но мама, зашедшая на кухню, лишь качает головой.