Книга Недосказанность. Вкус второго шанса, страница 54 – Татьяна Никольская

Он усмехается, глядя на меня.

Вот так, значит. Моя подруга откровенно флиртует с моим бывшим, а этот бывший мало того, что поощряет, так ещё и скрыто хамит.

Забродин смотрит на Татьяну:

— А почему мы не взяли к кофе какой-нибудь десерт? Тут неплохой выбор. Пойдёмте посмотрим.

Они снова уходят. Понимаю, что все подстроено, но вестись на это не хочу. Играть будем по моим правилам.

— Ну и зачем ты это устроил? — спрашиваю я тихо, не глядя на Сергея.

— Я? — он смотри мне в глаза. — Ты думаешь, я знал, что ты здесь будешь?

— Не знал, — отвечаю я с сарказмом. — Конечно, ты не знал. Ты случайно купил билет в третий ряд, в центр, за минуту до начала.

— Алексей купил, — напоминает он. — И я действительно не знал. Но если бы знал — всё равно пришёл бы.

— Зачем? — я смотрю на него в упор. — Чтобы снова поссориться?

— А мы не ссоримся, — он делает глоток кофе. — Мы разговариваем.

— Этот разговор не имеет смысла, — отрезаю я.

— Почему?

— Потому что ты не умеешь слушать.

— А ты не умеешь говорить спокойно.

Я чувствую, как внутри закипает гнев. Он провоцирует меня, я понимаю это, но не могу остановиться.

— Спокойно? — переспрашиваю я, повышая голос. — Ты хочешь, чтобы я говорила спокойно после того, как ты подал на меня жалобу?

— Я уже признал, что это было глупо, — он не отводит взгляда. — И я её отозвал в тот же день. А ты? Зачем ты спровоцировала меня проверкой?

— Проверка была законной.

— А жалоба нет? — его голос тоже повышается. — Ты будешь уверять меня, что в твоих действиях при проверке не было предвзятости?

— А ты не знал, что я взбешусь на твою жалобу? — парирую я.

Мы смотрим друг на друга, и между нами летят искры. И это не те искры, которые вспыхивают между влюблёнными.

— Знаешь что, — я резко встаю, — я не желаю продолжать этот разговор. Я ухожу.

— Как хочешь, — Сергей даже не двигается с места. — А я останусь досмотреть концерт.

— И оставайся, — цежу я.

В этот момент возвращаются Татьяна и Алексей. Они смотрят на нас растерянно.

— Мы же ненадолго отошли, — говорит Забродин удручённо, ставя на стол тарелку с пирожными. — Всего пять минут.

— Нам хватило, — бросаю я, хватая сумочку. — Я получила удовольствие на месяц вперед. Надеюсь, больше никакие глупости вам в голову не придут.

— Ирина, — Алексей останавливает меня. — Я вас отвезу. Вы же с Татьяной приехали?

Вот черт! Я и забыла, что сегодня без машины. Неужели и это не случайность? Эта парочка начинает меня бесить своей «помощью».

— Отлично, — говорю я. — Буду вам благодарна, Алексей.

Беру его под руку и тащу к выходу.

По пути к дому мы молчим. Забродин ведет машину спокойно, аккуратно. Я смотрю в окно на вечерний город и чувствую, как постепенно уходит напряжение.

— Ирина, — наконец говорит он, — не сердитесь на нас. Мы хотели как лучше.

— Хотели как лучше — получилось как всегда, — бурчу я.

— Может быть, — он улыбается. — Но вы согласитесь, что жизнь стала интересней?

— Не то слово, — вздыхаю я.

Мы останавливаемся у моего подъезда. Я не выхожу, смотрю на Забродина. Он кажется мне другим — не таким, каким я видела его раньше. Спокойным, легким, приятным в общении.

— Алексей Владимирович, — говорю я, — а вы всегда такой? Ровный, оптимистичный.

— Всегда, — он пожимает плечами. — Не вижу смысла портить себе жизнь переживаниями. И давайте уже на ты, Ирина.