Книга Бывшие. (не) твоя дочь, страница 30 – Елена Верная

— Я же как лучше хотел, — у мужчины вытянулось лицо.

Он что, думал, я сейчас, радостная, брошусь выполнять все его распоряжения? Жила все это время без него, справлялась. Вот и сейчас проживу! Я подскочила к мужчине, выхватила дочь из его рук и быстро отнесла ее на диван, велев не слазить.

— Вить, разговор окончен. До свидания! — я вытолкала мужчину и захлопнула дверь.

Быстро переоделась в домашнее и начала собирать воду. Когда вылила уже третье ведро воды, в дверь раздался звонок. Кого там нелегкая принесла? Мысленно приготовившись разнести всякого, кто собрался ко мне в гости в этот неурочный час, я, не глядя в глазок, распахнула дверь.

— Проходим, проходим! — меня отпихнули в сторону три женщины и один мужчина в синих комбинезонах. На лестничной площадке обнаружился виновник всего этого паломничества в мою квартиру.

— Витя, я как-то непонятно сказала? — нашла виновника, возмущение поперло через край.

— Отключи эмоции и включи голый расчет. Сколько ты будешь руками собирать воду? Да пока ты ее соберешь, спасать мебель уже будет бессмысленно, — пытается достучаться до моего внутреннего бухгалтера мужчина. — Они тебе в течение получаса все устранят, — добавляет он, увидев, что я замолчала и вроде даже попытаюсь успокоиться.

Естественно, за полчаса все устранить не получилось, и все заняло почти четыре. Сперва откачивали воду, затем сушили и проветривали, затем проверяли проводку: не затронута ли она. В общем, около одиннадцати часов вечера я проводила рабочих. К слову, Виктор расплатился с ними, так что я даже не в курсе, что почем обошлось.

Пока они работали, я сварила дочери кашу и попыталась уложить ее спать, но, разумеется, мне это не удалось. Она, как любой ребенок, была перевозбуждена от такого количества чужих взрослых в квартире и все везде хотела успеть.

Вишенкой на торте стало то, что она начала показывать свои игрушки Виктору, который делал вид, что его это интересует.

— А этя — мой папа! — и дочь понеслась к мужчине с фотографией, которую я когда-то держала в бумажнике. Когда ушла от Виктора, выбросила все фотографии. Оставила одну, которая лежала в кошельке. Я про нее сперва забыла, а когда нашла, не смогла ее выбросить. Засунула в книги и не так давно, когда искала что-нибудь почитать на ночь, наткнулась. Нахлынули воспоминания, и я расплакалась. Именно такой и застала меня проснувшаяся Настюшка. По своей глупости я ляпнула, что плачу, потому что на фото ее папа, который умер. — Но он умер и мама пачет, — добавила дочь, а у меня все опустилось внутри. Так как Виктор перевел удивленный взгляд от фотографии, где мы в парке аттракционов, а наши лица разрисованы аквагримом. Конечно же, бывший муж узнал фото и себя на нем, и потому сейчас вопросительно смотрел на меня.

— Ничего не хочешь объяснить? — Виктор словно потемнел. И взгляд такой, от которого мурашки по коже и плечами хочется передернуть, но я стараюсь держаться и смотреть прямо, не мигая.

— Мне нечего тебе объяснять. Доченька, спать пора, — я кивнула Настюшке на диван, и та, словно почувствовав мое настроение, без капризов забралась на свое место. — Дочь спрашивала, я наплела сказку. Все.

— Кто отец Насти? — бывший муж и не думал завязывать неприятный разговор.

— Не знаю, — брякнула первое, что пришло в голову. Мысли панически скакали в голове.