Книга Наследник Тёмного Клана 1, страница 37 – Евгений Ренгач

— Иными словами, не хочешь говорить…

— Скажем так, моя Клятва Слуги вашего Рода не предписывает меня рассказывать о тех вещах, что напрямую не относятся к моей службе, — ослепительно улыбнулся он.

Я хмыкнул. Тоже мне нашёл Благородного! Всякой фигни я за свою жизнь повидал наверняка не меньше его. Но настаивать не стал. Всё равно всё узнаю. Но только позже.

Атаковать меня он отказался наотрез, опять сославшись на моё происхождение и на то, что давал Клятву верности и не имеет права поднять на меня руку даже на тренировке. Переспорить его было нереально. Вот ведь упёртый!

За тренировкой кулачного боя наступило время фехтования. И тут не было никаких сюрпризов.

Фиаско. Полное и абсолютное!

Пусть я уже успел сразиться с Вороновым на мечах, лучше обращаться с этой неудобной штукой я не стал. И ничего удивительного! Аристократы учатся этому годами, и ждать мгновенных результатов было глупо. Я по-прежнему рубил Людоедом так, как маленькие дети во дворе рубят палкой крапиву. Без всякого понимания процесса. Да мне даже держать его было неудобно!

Альфред же требовал от меня изящества и точности исполнения. Но даже он быстро понял, что конфетку из меня в короткий срок не сделать, и поэтому ограничился всего парой основных стоек.

За несколько часов пыхтения я умудрился выполнять их весьма сносно и даже мог по памяти и без грубых ошибок повторить стандартную программу демонстрации мастерства мечника. Простенькую, детскую, но всё-таки для того, кто только сегодня взялся за оружие, и это был отличный результат.

Ну а затем мы приступили к тому, чего я опасался больше всего. К проверке знаний. И если в физическом плане у меня была хоть какая-то подготовка, то вот знаний о новом мире у меня совсем не было.

Как оказалось, боялся я напрасно.

Для начала Альфред, скачав на старенький ноутбук вопросы к экзаменам предыдущих лет, протестировал меня по знаниям математики, физики и естественным наукам.

Как быстро выяснилось, если эти дисциплины в наших мирах и различались, то совсем незначительно, и то в основном именами учёных и датами открытий. Разнилось и несколько определений, но быстро вникнуть в них, усвоив суть, не составило для меня труда. Всё-таки в родном мире я умудрился отучиться на весьма серьёзной инженерной специальности, а для того, кто познал высшую математику и сопротивление материалов, задачки для избалованных дворянских детишек казались чем-то вроде исполнения гаммы для пианиста-виртуоза. То есть элементарным.

— Господин, вы продолжаете меня удивлять… — натянув пенсне и проверив все ответы, произнёс Альфред.

— То ли ещё будет! — самоуверенно заявил я.

Следующим блоком для теста была лингвистика. Проблем ожидаемо не возникло. Две небольшие пунктуационные ошибки — и очередной восторженный взгляд Альфреда в кармане!

А вот дальше начались сложности.

С блоком, включающим в себя химию и биологию, я справился с грехом пополам. Кое-какие знания школьного курса в голове сохранились, но существенными их назвать было сложно. Впрочем, даже этого хватило для проходного балла.

Ну а затем передо мной оказались три десятка вопросов на историю и знание основ устройства общества. И здесь я капитально посыпался. Какие-то имена и даты казались знакомыми ещё с моей Земли, но большинство вопросов были сущей абракадаброй. Всё-таки, пусть в общих чертах наши миры и были похожи, некоторые моменты заметно отличались. И попробуй догадайся, как звали Короля-Чародея, правившего в десятом веке, Виктор Храбрый или Виктор Долгий!