Книга Барон диктует правила, страница 116 – Евгений Ренгач

— Ещё что?

— Ещё я узнал, что вы с Софьей… близки. — Великанов посмотрел девушке в глаза. — И у меня были основания полагать, что именно Максим Ястребов — источник всех ваших недавних сенсаций.

Софья смутилась и отвела глаза.

А я наоборот улыбнулся.

Наконец-то встретил кого-то, способного из минимума информации делать правильные выводы.

— Понятно. То есть ты взял у Истомина материал и сделал анонс, чтобы привлечь моё внимание. Ну и, разумеется, ты собирался использовать эту запись как рычаг давления. Чтобы я не сопротивлялся и делал то, что ты хочешь.

— Всё верно. — Великанов легко со мной согласился. — Я хотел договориться, что все следующие новости вы направите в адрес нашего телеканала. На самых выгодных для себя условиях…

Вот теперь я улыбался во всю ширину рта.

Судя по всему, зрелище было зловещее. Потому что и Великанов, и Софья сразу же отвернулись.

Даже не знаю, чего в его словах было больше — хитрости или безумия.

Как говорят в этом мире, слабоумие и отвага!

Великанов решил на меня надавить и фактически загнать в кабалу. Шантажировать меня, использовать в своих целях и понемногу давить из меня информацию.

И, разумеется, обломал зубы.

— Ну что, давай! — поторопил его я.

— Что давать? — не понял он.

— Договариваться! Но только на моих условиях.

Великанов судорожно сглотнул.

И правильно сделал!

Он был влиятелен, это точно. Но сейчас он был заперт со мной, охрана была далеко и никакой защиты и инструмента воздействия на меня у него не было.

Так что ему пришлось принимать мои условия.

К слову, жестить я не стал.

Коротко условия нашего соглашения свелись к нескольким пунктам.

Он и его канал обязались не делать репортажей обо мне без моего разрешения.

Наиболее значимые новости, которые могли меня заинтересовать, сразу передавались мне, а реклама предприятий Рода Ястребовых размещалась в эфире бесплатно.

Всё просто и очень выгодно!

— Господа, не забывайте про меня! — Софья хищно улыбнулась.

Хитрая журналистка не собиралась упускать отличную возможность!

Так в соглашении появился пункт о создании авторской передачи для Софьи.

Судя по её горящим глазам и тому, как нежно она гладила моё колено, журналистку всё полностью устроило.

Все эти условия не остались висеть в воздухе.

Я набрал номер Лидии. Она помогла их грамотно сформулировать и записать в контракт, который мы с Великановым благополучно подписали.

— Максим, я надеюсь, вы нам тоже чем-нибудь обязательно поможете, — с надеждой в голосе произнёс Великанов.

— Всё возможно! Но обещать не могу, — усмехнулся я.

Фильм с моим «разоблачением», разумеется, с эфира сняли в ту же секунду.

Впрочем, было кое-что ещё.

— А как Истомин передавал свои материалы? Должно же у него было быть хоть что-то.

— Всего несколько фотографий. Полные пустышки. И передавал он их на диске, через доверенного человека, — тут же ответил Великанов. — Он утверждал, что получил диск лично из рук самого графа.

Я почувствовал, что моё сердце стало биться быстрее.

Вот оно!

— Давно этот человек здесь был?

— Минуть за двадцать до вас.

— А ну-ка дай мне этот диск!

Через пару минут диск лежал передо мной.

И на нём был чёткий энергетический след.

Граф Истомин был известным параноиком и никогда не покидал свой суперохраняемый дом.

А я только что получил наводку на его доверенного человека, который имел право входа на территорию.