Книга Война Калибана, страница 166 – Джеймс С. А. Кори

Она не стала тратить пятидесяти секунд на официальное прощание. Жизни не хватит на всю эту чушь.

На «Гуаньшийине» ей предоставили роскошное помещение. Кровать и диван в тон мягкому ковру: золото на зеленом фоне должно было бы резать глаз, однако не резало. Освещение почти идеально имитировало солнечное утро, а из воздуховодов веяло легкой ноткой вскопанной земли и свежего сена. Если бы не пониженная гравитация, легко было поверить, что находишься в частном загородном клубе где-нибудь в зеленом поясе Южной Африки. Если бы не гравитация и не проклятая задержка сигнала.

Авасарала ненавидела пониженную гравитацию. Даже если разгон был безупречно плавным, даже если яхте не приходилось маневрировать, чтобы обогнуть космический мусор, все равно ее внутренности привыкли к полной g. С первого дня на борту живот у нее не варил и все время не хватало дыхания.

Система связи загудела. Новое сообщение с Венеры. Авасарала открыла его. Предварительный анализ гибели «Арбогаста» еще не закончен. Ионизация металла, кажется, соответствовала выдвинутой кем-то гипотезе о функционировании протомолекулы. Это было первое подтверждение расчетов, крошечный шажок в сторону понимания всего, что происходило на Венере. Еще в сообщении было точное время трех всплесков энергии и спектральный анализ верхних слоев атмосферы, показавший содержание азота, превышавшее расчетный уровень. Авасарала поймала себя на том, что скользит глазами по тексту. По правде сказать, ей было не до того.

А между тем это представлялось весьма важным. Возможно, важнее всего прочего. Но ее, так же как Эрринрайта, Нгайена и остальных, затягивали мелкие человеческие дрязги, война за влияние, соседские разборки между Землей и Марсом. И внешними планетами, если принимать их всерьез.

Черт побери, прямо сейчас Бобби и Котьяр волновали ее больше, чем Венера. Котьяр — хороший человек, и его осуждение вызвало в Авасарале злость и чувство вины. И Бобби, судя по всему, готова была сломаться. Почему бы и нет? На ее глазах убили всех друзей, потом выдернули из привычной обстановки, вынудили работать на старого врага. Впрочем, десантники — крепкий народ, и не только телесно. Да и полезно иметь в команде человека без связей и союзников на Земле, особенно после прохиндея Сорена.

Авасарала раскинулась в кресле, снова удивившись непривычной легкости тела. Мысль о Сорене саднила до сих пор. Дело было не в самом предательстве: предательство в ее профессии — привычный риск. Тому, кого это может задеть, лучше сразу подавать в отставку. Нет, беда была в том, что она ничего не замечала. Она позволила себе слабость к нему, чем и воспользовался Эрринрайт, чтобы подорвать ее позиции. Авасарала терпеть не могла проигрывать, особенно когда ее проигрыш означал новую войну, новое насилие, новые смерти детей.

Вот во что обходится ее дурь. В смерть детей.

Поэтому впредь она должна быть умнее.

Она словно видела перед собой ласковые и грустные глаза Арджуны. «Ты не можешь быть в ответе за все», — сказал бы он.

— Все в ответе за все, — вслух огрызнулась она, — но только я, идиотка такая, принимаю это всерьез.

Она улыбнулась. Пусть шпионы Мао помучаются, пусть обыскивают ее комнаты в поисках дополнительной системы связи, пусть гадают, с кем она говорила. Или пусть думают, что старуха съехала с катушек.