Книга Милость богов, страница 16 – Джеймс С. А. Кори

Он вышел на балкон – добытый специально для нее – и сел в кресло рядом с ней. Тоннер находил Илси бесконечно очаровательной, и его восхищение только усиливалось от ее дурных привычек, среди которых было курение. Это увлечение казалось ему волнующе-экзотичным. Коричневая бумажная трубочка с травкой, зажатая между ее пальцами, пахла марихуаной и чесноком. Он и не думал морщиться, но Илси все поняла и переложила сигарету в другую руку – подальше от него.

— Смотришь на звезды?

— Смотрю, есть ли на что смотреть, – ответила она.

Ночь была безоблачной, но дымка в воздухе отражала свет научного комплекса медри, верфей на западе и раскинувшегося за ними города. Звездная россыпь была не такой густой, как в совсем ясную ночь, и все равно вверху горели миллионы огней. Какое-то время он любовался блеском звезд в небе, свечением домов и улиц внизу, словно этот уголок мира мог отразить космос – надо было только заглянуть в зеркало под нужным углом.

— Не жалеешь, что занялась наукой? – спросил он.

— Иногда, – призналась Илси. – Я была бы хорошим прикладником. Между основным и продвинутым курсами полгода работала на аквакультурной ферме. Большей частью чистила цистерны. С ламинариями справлялась – зашибись.

— Может, и зашибись, но я рад, что ты там не осталась.

Над городом взмыли три огонька: два бледно-желтых и один оранжевый. Транспорт в Обаран или Гленкол. Ему представилось, будто звезды решили вернуться на небо. Он верил в такие сказки, когда был ребенком, и отчасти – даже сейчас. Дети не понимают, а взрослые забывают, что все сказки по сути своей – аналогии.

— В управлении ты бы поднялась, – сказал он. – Уже вошла бы в совет.

— Я не политик. Все лучшие администраторы – политики.

— И Алькор тоже.

— Она знает свое дело.

— Я не про тетку. Я про твоего. Про мальчика.

Илси глубоко затянулась. Кончик сигареты стал ярче огней транспорта, затем померк. Она заговорила, выпуская изо рта белый дымок:

— Злишься, что я взяла его сторону?

— Он простой ассистент. Еще не заслужил права иметь свою сторону.

Она снова поднесла сигарету к губам, помедлила, облизнула большой и указательный пальцы другой руки и, затушив уголек, выбросила его в темноту. Все это – молча. Тоннер понимал, что и он должен помолчать. Какое-то время это ему удавалось.

— Знаю, он нравится всем вам, но я ему не доверяю. Интриган. Ничего не делает просто так. И вечно за всеми наблюдает.

Ее понимающая улыбка была такой недолгой, что могла ему примерещиться.

— По-моему, он обаятельный. Да, интриган, но жестокости я за ним не замечала.

— Значит, я сейчас веду себя жестоко?

— Скажи еще раз, что не злишься на меня.

— Не злюсь. На тебя – нет, – сказал Тоннер. И продолжил: – Просто злюсь. А ты под рукой. Так что я, пожалуй, засранец.

Илси поразмыслила.

— Похоже на то.

— Если у Рикара выгорит… если у меня перехватят проект…

Она повернулась, чтобы лучше его видеть. А когда заговорила, в ее голосе звучал вызов, хотя и мягкий.

— Заканчивай мысль. Если ты лишишься проекта… что тогда?

Тоннер подался вперед и взъерошил волосы. Оранжевый огонек транспорта сменился зеленым.

— Я весь в этой работе. Лишусь ее – не знаю, что от меня останется. Много слышал о том, что каждые десять лет надо изобретать что-нибудь новое и начинать с нуля, но вряд ли меня на это хватит. Так понятно?