Книга Лом 1, страница 75 – Павел Казаков

Что он, паучье дерьмо, несёт? Я принимал Петрова за принца, но и Петров принимал меня за кого-то другого.

— Потрать, пожалуйста, время и объясни, что я забыл, и всё-таки ответь на мой вопрос: от кого ты получил указание следить за мной.

Тут тень беспокойства мелькнула на лице моего собеседника.

— А сколько времени я был без сознания?

— Больше двух часов, — я не видел смысла врать.

Петров, его следовало называть именно так, успокоился.

— Ладно, почему не поговорить, раз время пока есть. Вернее, уже нет. У тебя нет. Слушай внимательно и удивляйся. Я гражданин Империи, работаю на этой планете по контракту в Службе Контроля. Это подразделение Тюремных войск Империи. Полевой агент. Не такой, конечно, как те, что Ранги пасут, но тоже не без навыков, — рассказ Петрова вызывал больше вопросов, чем ответов, но я чувствовал, что он не врёт, тем более он мог пролить свет на то, что это за планета такая необычная. Также стало понятно, почему он так самоуверен — он успел послать тревожный сигнал, и сейчас сюда прибудет группа захвата. Тут он, возможно, прав, но перебивать его сейчас мне казалось неправильным. Тем временем агент Петров продолжил рассказ. — Мне поступил приказ установить слежку за близнецами Антиповыми. Работаю я инкогнито, люди в моей структуре такие же ссыльные, как и все остальные. Поэтому наблюдение вели обычными средствами. Пару раз засекли проявления вашей аномальной силы. Это когда вы в парке тренировались и думали, что никто вас не видит, а мы с дрона снимали. Мы отчитались, что имеют место проявления способностей неизвестного Ранга. Поступил приказ проверить объекты в различных стрессовых ситуациях. А тут один из вас так удачно на свидания стал ходить, вот мы девчонке носитель и помогли сменить. Да она нам только спасибо сказать должна — такая корова уродливая росла. Ты тоже хорош, мог бы и посимпатичнее найти. Смотреть на вас противно было.

Последние фразы прозвучали в лицо Димону.

Захотелось сделать Петрову больно, но пока рано. Я как мог потушил эмоции. Просто кивнул головой Димона, показывая, что слушаю.

— Стресс показал, что ты, как минимум, можешь неплохо бегать. Сейчас вот в планах было каких-нибудь хулиганов с ножами на вас натравить, но вы себя уже во всей красе показали. Так что теперь только изъятие и повторная обработка.

— А яд ты откуда получил?

— Так начальство передало.

— А где твоё начальство находится?

— Да ты сам скоро узнаешь. Ты думаешь, что у тебя есть шансы против Службы Контроля?

— Не знаю, расскажи мне. Может, есть?

— Знаешь, ты надоел. Думаешь, что меня из броневика достал, и теперь у тебя право допрашивать есть? Ты мне вечер испортил. У меня на ночь целый набор плотских удовольствий был запланирован. Так что я помолчу.

Я прислушался. Ничего не слышно. А чего ж он так, прям, уверен в своей защищённости? Может, блефует?

— А если я тебе сейчас голову откручу, ты не боишься?

— Ну, поменяю носитель. Неприятно, но не страшно. Следующая угроза? — презрительно ухмыльнулся Петров.

— Ну, ладно, меняй. Может, твоя новая рожа меня бесить меньше будет. Но я сначала над тобой эксперимент на болевой порог проведу.

В глазах Петрова мелькнуло беспокойство. И совершенно оправданно. Славик вернул кляп на место, а Димон обманчиво лёгким движением взмахнул ломом и резко опустил его точно на промежность Петрова. Лом был направлен той стороной, где больший изгиб и «раздвоенный язык» на конце. Удар был такой силы, что все первичные половые признаки у Петрова либо размозжило, либо банально срезало.