Книга Лом 1, страница 188 – Павел Казаков

— Спускайся, но в плотную атмосферу не входи, и непрерывно вслух комментируй каждый свой жест и поступок! — приказал принц.

У меня же никаких джокеров и козырных тузов на руках не осталось.

Хотя…

Скажем так… Козырная шестёрка найдётся.

Пятый зашевелился и первым делом повёл усами, собирая запахи. Запахи джунглей. Ничего необычного. Как со слухом?Вроде, работает. Звуки? Тоже ничего необычного. Самые обычные звуки приземляющегося небольшого транспорта. В ста метрах от бота садится. Как раз рядом с грузом.

Надо выпрямить конечности. Называть их руками и ногами было неправильно. Лапы? Обидно. Лапы у животных. Пусть будут нейтральные «конечности».

Этими простыми мыслями я отвлекал себя от жуткой боли, которая терзала каждую клеточку тела Пятого, когда я попытался им шевелиться.

Нужна вода. Того, что залил Димон, мало. Пятый дополз до штатной ёмкости (больше всего напоминала по виду, да и по сути, обычный кулер) и, ткнув небольшую бочку когтем, подставил медицинское отверстие под струю.

Несколько минут вода впитывалась как губка. Уже неплохо. Подставил под струйку первый попавшийся ящик — пусть вода собирается.

Ладно. Теперь более радикальные меры. Уже более бодро Пятый добрался до связанного Четвёртого и несколькими скупыми движениями срезал броневые щитки со спины. Если знаешь, как что крепится, это не сложно. Дальше проще. Рассечь ссохшуюся плоть. Вырезать пару желёз, именно их работа поддерживала жизнь в наших телах так долго. Теперь Четвёртый потерян навсегда.

Засунуть в рот. Жевать. Жевать. Глотнуть. Запить водой. Доесть железы. Запить водой.

Плохо. Очень плохо. Очень больно. Но это и хорошо. Идёт восстановление. Нельзя блокировать боль. Не сейчас.

Осмотрелся. Оружейный шкаф. Взять винтовку хомо. Магазин? Есть. Пороховая капсула? Есть.

Выходим.

Тело контролируется всё легче и легче. Спасибо призрачному Пятому — я не забыл, что значит быть формикадо.

Тело Пятого бесшумно растворилось в джунглях.

За время, что я приводил в более-менее живое состояние Пятого, на месте ранения Димона и Акуны появилось два действующих лица. Имперцы, причём судя по форме служащие тюремных войск. Да и транспорт был тот же самый, на котором Славика и Димона впервые захватили в плен. Он висел на расстоянии метров пятнадцати, почти касаясь брюхом верхушек деревьев. Сейчас один боец цеплял карабином груз.

А вот этого этого допустить нельзя!

Если этот драндулет просто оставит своих и смоется, это всё равно будет самая успешная операция столетия для имперцев.

Я поднял винтовку и выстрелил. Имперец упал. Карабин щёлкнул впустую, не зацепившись за ручку ящика. Ну, а я, раз уж начал стрелять, просто не оставил себе выбора. Надо стрелять дальше. Практически без задержки после первой очереди я выпустил несколько пуль во второго бойца.

Транспорт резво сманеврировал, поворачиваясь ко мне боком, за открытой дверью обнаружился классический пулемётчик за жёстко закреплённым пулемётом. Но я чего-то такого и ждал, поэтому опередил его с выстрелами и — что самое главное и удивительное в моём состоянии — не промахнулся. Пулемётчик упал, уже не боец. Остался пилот и может кто-то ещё, кого я не заметил, в кабине.

Тут что-то сильно бухнуло. Аж листья облетели. Но больше никаких видимых разрушений я не увидел. Потом ещё и ещё раз. Будто стреляют из крупного калибра, но мимо. Потом до меня дошло, что никто ни по кому не стреляет. Это сонар.