Книга Маугли 3. Доверие и предательство, страница 52 – Павел Казаков

Из его спины за долю секунды выскочил пулемёт и выпустил короткую очередь. Громкий треск раздавался всего лишь секунду, но как много изменилось. Все трое полицейских взорвались небольшими красными фонтанчиками в местах попадания пуль и в быстро наступившей тишине повалились на землю.

«Маугли, ты охренел! Ты что творишь, придурок⁈» — телепатический крик Крапивы, заставил меня дёрнуться. Она, видимо, тоже наблюдала за происходящим через свой коммуникатор.

«Это не я!» — только и успел сказать я, как Шарик резко повернулся в мою сторону и пулемёт выплюнул очередь прямо в меня.

Когда на меня направил оружие Гаврилов, то первое, что я сделал, это врубил баллистический телекинез на полную мощность. А когда начались непонятки, я только ещё больше направил внимание на эту способность. И это спасло мне жизнь.

Свист проносящихся мимо тела пуль и чувствительные удары по той странной силе, которая противостояла пулям быстро привели меня чувство.

Первое. Уменьшить площадь мишени! Я резко упал, и вторая очередь прошла уже надо мной.

Второе. Надо валить! Я так и не узнал, может ли моя винтовка, этот имперский калаш, повредить Шарика. Поэтому вариант стрелять в ответ особо не рассматривал, просто решил валить побыстрее и подальше от взбесившегося робота. Сейчас меня защищала небольшая выпуклость рельефа, и Шарик не мог стрелять.

«Ка, он взбесился и стреляет по мне! Бегом в бот и включай все оружейные системы!»

«Охренеть! Сейчас!» — Крапива быстро вникла в ситуацию.

Я же начал оперативно отползать, стараясь не подниматься. Быстро взглянув на экран коммуникатора, я увидел, что Шарик быстро приближается ко мне. Да что за хренотень такая⁈ Ползти бесполезно! Он уже совсем рядом. Я судорожным движением перевёл переключатель своего ИКа в положение автоматической стрельбы и, дождавшись появления Шарика в зоне действия моего Восприятия, открыл огонь подняв винтовку над головой. Кто бы знал, что упражнение «лодочка» пригодится для стрельбы лёжа. Сейчас я лежал носом вниз, а автомат поднял над головой, для чего пришлось сильно прогнуться в плечах, и стрелял в направлении двигающегося ко мне дрона. Попал. Но навредил или нет — неясно. Робот остановился.

Всего несколько секунд, и вот уже мой автомат замолк, отстреляв весь магазин. Блин, надо валить!

Я, не вставая, развернулся на сто восемьдесят градусов и из положения лёжа стартанул в лес. При этом как мог сконцентрировался на том, чтобы защищающее меня поле было сзади, а не спереди. Винтовку я бросил валяться на земле. Мне вслед тут же полетели пули. Судя по ударам в мою телекинетическую защиту с прицеливанием в движении у дрона всё было отлично. Шарик помчался за мной. Вот и узнаем, кто из нас быстрее…

«Ка, я бегу к тебе, будь готова снести его!»

«Хорошо!» — телепатия передавала нервное напряжение Крапивы.

Когда я двигался навстречу полицейским, то потратил десять минут, чтобы оказаться здесь, сейчас я нёсся намного быстрее. У Крапивы я буду такими темпами минуты за две-три. Шарик быстро начал отставать — в беге по лесу я был однозначно ловчее, но потом он сменил тактику. Выскочил обратно на дорогу и понёсся по ней параллельным мне курсом. Я же выйти на дорогу не мог, так как баллистический телекинез штука хорошая, но насколько надёжная неизвестно. В лесу хоть деревья защищают. А отдаляться от дороги значило отдаляться и от бота. Ладно, если так двигаться, то мне ничего не грозит, я добегу до бота по лесу, а Шарик по дороге, и там его встретит Крапива.