Книга Маугли 2. В поисках выхода, страница 46 – Павел Казаков

Третий обладатель пистолета уже вытащил оружие, но взвести затвор не успевает. Я подскакиваю к нему и втыкаю лезвие чуть ниже солнечного сплетения. Мачете, конечно, не колющее оружие. Чуть не вывихиваю себе кисть, но не вывихиваю. Рана глубокая. Противник передумывает что-то делать с затвором, вместо этого выпускает пистолет из рук, и тот падает на землю. И пистолет падает, и его хозяин. Смотрю на пистолет. Не Глок. Жаль. Я не уверен, что за доли секунды разберусь и смогу стрелять, поэтому дальше просто полосую всех, до кого дотянусь мачете. Народ разбегается. Да ладно, куда вы? Номер только начался! Хотя бегут не все.

Молодой парень с ножом кидается на меня. Нож немаленький, охотничий или тактический — чёрт его знает, клинок большой и мощный. Отбиваю его руку каким-то фехтовальным движением, которое исполняю на редкость уверенно, после чего прямым ударом достаю оппонента в горло. Артерию не перерубаю, а вот трахею — да. Парень теряет как боевой задор, так и нож. Зажимает рану руками, разворачивается и пытается убежать. Беги, не жалко.

Я приседаю и беру нож. Почему-то с мачете я менее уверен. Пока я это делаю, Кадиллак прыгает к пистолету, который выпал из руки проткнутого мной противника, хватает его и в кувырке откатывается от меня. Какой, блин, здоровый акробат попался на мою голову.

Ситуация становится не очень хорошей. Кадиллак от меня в пяти метрах и поднимает пистолет, одновременно другой рукой взводя затвор. У него неуверенности с этой моделью пистолета нет. Я, уже поменяв мачете на нож, делаю рывок к нему, одновременно понимая, что не успеваю. Чёрное отверстие дульного среза смотрит мне в голову. Ну и зря. В корпус больше шансов. Я Восприятием наблюдаю, как движется палец, нажимая на спусковой крючок, как дуло идёт вслед за мной, ловлю момент и резко отклоняю голову влево. Выстрел. Мимо. Моя очередь! Вот тебе, Кадиллак, нож в печень. Твои люди мне колёса на Форестере порезали, я тебе тоже должен что-то порезать. Почти в расчёте. Запас прочности у мужика огромный, он не падает от болевого шока, а всего лишь отшатывается и направляет пистолет на меня ещё раз. Я бою по его руке своей больной правой, сейчас её жалеть некогда, и второй выстрел уходит в сторону. Ещё удар ножом в живот. Пистолет опять направляется на меня. Я резко приседаю, пропускаю выстрел над собой и снизу бью ножом в пах. Удар короткий и быстрый. Тут Кадиллака всё-таки пробрало, он скулит и воет от боли. Скули, тварь. Скоро даже дышать не будешь. Я вбиваю нож ему в висок. Нет, даже поскулить не успеет, уже труп. Хватаю пистолет, даже не пытаясь вытащить нож из головы здоровяка. Выстрел в спину одного основательно отбежавшего соратника Кадиллака и Сутулого… только ускоряет его бег. Целюсь тщательнее, левой рукой после горячки боя это трудно. Выстрел, выстрел, — упал. Целюсь в оставшегося. Выстрел, выстрел — захромал. Вот, кстати, отлично. Кто-то нам расскажет, кто они вообще такие.

Крапива с момента начала драки отскочила к машине и там присела у колеса на корточки. Сейчас она встала и смотрела на поле боя. Не уверен, что следующие мои действия ей очень понравятся, но она же сама сказала, что я их всех убью… Я прошёл и убедился, чтобы те, кто ещё живы, умерли. Попытался выстрелить одному в голову, но оказывается, патроны кончились. Не поленился, вытащил нож из головы Кадиллака и воткнул в сердце паренька, которого перед этим ударил мачете в горло. Проделал тоже самое с тем, кого ткнул в солнечное сплетение. А хромающему крикнул возвращаться к машине. Он развернулся и захромал ко мне. Сейчас я обратил внимание, что машина скрывала от меня приличных размеров одноэтажный дом, стоящий на краю поляны. Я повернулся спиной к ковыляющему обратно разбойнику, вытащил из кобуры пистолет Сутулого. Глок. Прекрасно! Проверил магазин — полный. Вставил обратно, кое-как, покорячившись одной рукой, взвёл затвор. Отлично. Вооружён. Так, Сутулый, что у тебя в карманах? Вытащил ключ от наручников, освободил Крапиву от оков.