Книга Маугли 2. В поисках выхода, страница 167 – Павел Казаков

Майор обдумал слова Крапивы, потом ответил:

— Преступником. Она была преступником. В основном пиратом, то есть занималась грабежом в космосе, но бывало, что проворачивала какие-то дела и на поверхности планет. Больше ничего я не знаю. Не сталкивался лично никогда, даже никогда не видел последствий её действий. Только в новостях слышал о ней. Теперь понятно, почему Крапива исчезла из новостей.

— Романтично-то как! Я пират! — ничуть не расстроилась Крапива неоднозначной информации.

На это майор только зло хмыкнул.

— Что-то не так майор? — спросил я и тут же понял, что злое хмыкание прекрасно контролирующим своими эмоциями человеком — это явная игра.

— Пират — это не романтично. Ничего романтичного в уничтожении городов и пассажирских транспортов нет. Одно из преступлений Крапивы состояло в том, что на планете с ядовитой атмосферой она лишила город защитного купола, после чего примерно сотня тысяч людей в мучениях лишились носителей. Многие так и не добрались до переносок, а это немногим отличается от окончательной смерти. Многие сошли с ума, так как испытали слишком много боли до того, как оказались в переноске. Когда их потом вернули в нормальный носитель, они мало отличались от самых буйных ваших психов. Город восстановлению не подлежал, так как теракт уничтожил не только купол, но и многие важные объекты жизнеобеспечения. Проще было новый построить, чем этот восстанавливать.

— Чёрт… По ходу я здесь за дело, — помрачнела девушка. Она на глазах сильно расстраивалась.

— И это только один эпизод…

— Пока достаточно, — остановил я майора.

— А чего, давайте расскажу. Есть и ещё пара интересных историй, которые я помню… — майор не желал замолкать, поняв, что его слова сильно влияют на Крапиву.

Опустошение!

— АААА!!! — майор заорал, будто из него внезапно вырвали кусок мяса. Впрочем, почему «будто». Опустошение фактически лишило жизни здоровенный кусок его бицепса. Наверное, больно раз крик не сдержал.

— Майор, ты переоценил своё желание помочь. Сейчас эти рассказы нам не нужны. Лучше подумай, чем реально можешь быть полезен, — произнёс я, когда тот оправился от шока, что произошло достаточно быстро. Все-таки тело у него тоже было с нехилыми апгрейдами.

«Я бы не расспрашивал про своё прошлое у человека, который при первой же возможности будет стараться тобой манипулировать. Сама что-то вспомнишь — этому и верь, а пока я бы поставил под сомнение этот рассказ».

«Не думаю, что это неправда».

«Ну так и про меня можно сказать правду, что я расстрелял, напав первым, человека, которого дома ждёт любящая жена и дочь, что я пытал и потом сжёг доктора, который работал с больными людьми. Неполная правда мало отличается от неправды. Ты не знаешь, что там на самом деле происходило и что это был за замес, так что нечего рефлексировать после первой же страшной истории».

«Да, ты прав. Нельзя так резко расстраиваться из-за чужих слов».

Девушка успокоилась — это хорошо, майор тоже — это плохо. Я присмотрелся Восприятием — регенерировал он весьма неплохо, но в любом случае не мгновенный это процесс. Рука не сможет нормально работать ещё сутки или больше. Но вообще он меня начинает выбешивать. Майор не видел во мне серьёзного противника. Опасность осознавал, но уважать меня отказывался, поэтому и отношение такое. Как к мартышке с гранатой. Можно подорваться, но можно дать банан и отобрать гранату. Опасно, но найти способ решить проблему легко. Сейчас майор прикидывал, как бы мне банан подсунуть.