Книга Лом 2, страница 156 – Павел Казаков

— Здравствуй, гость. Ты находишься на борту особого корабля, и тебе пока не позволено самостоятельно передвигаться по нему. Назови себя и объясни, как ты здесь оказался.

А чтобы у меня не возникло глупых идей о том, кто здесь на самом деле главный, моё тело приковали к платформе, на которой я лежал, неожиданно появившиеся гибкие фиксаторы.

Ожидаемо. С какой стати ИРу боевого корабля позволять тут гулять непонятно кому?

— Последний раз на этом корабле была команда из четырёх человек. Это Тао Нгата, Мататангра Корделио, но мы звали её Акуной, а также пара человек с Земли: Славик и Димон. Я тот, кто раньше был в теле Димона.

— Тогда у меня к тебе несколько вопросов, гость… Расскажи о вашем спасении с имперской базы на Земле.

Я рассказал.

— Кого вы встретили в лесу и что там произошло?

Я ответил.

ИР крейсера тщательно меня расспрашивал о тех вещах, которые могли быть известны только мне, генералу и Акуне.

Мы общались не меньше получаса. Иногда ИР требовал точного ответа, например, чем именно и как был нанесён первый удар в драке с охреневшими охотниками в алтайских лесах. Я на всё ответил.

— Хорошо, Димон. Вы прошли проверку и можете быть допущены к управлению кораблём на правах капитана. Хотите прямо сейчас покинуть капсулу или продолжить изменения тела? Я вижу, что вы запустили процессы изменений подобные тем, которым подвергали своё прежнее тело раньше, но базовые настройки капсулы не поддерживают этот режим, так что рекомендую сделать паузу и дождаться загрузки нового набора питательных веществ. Настройки я уже выставил новые.

Фиксаторы плавно втянулись в корпус капсулы.

Я подумал. Каких-то совсем срочных дел на корабле не было, а из капсулы я могу общаться с ИРом и одновременно быстро менять своё новое хиленькое тельце.

— Я ещё побуду здесь.

— Какие будут распоряжения относительно транспорта, с которого был послан сигнал?

— Ты можешь перегрузить быстро всё целое с него сюда?

— Насколько быстро?

— Я считаю, что оставаться именно тут опасно, — поделился я опасениями.

— Тогда проще всего затащить весь бот полностью, а уже потом избавиться от ненужного.

— Ты так можешь?

— Да. Необходимые объёмы в трюме имеются.

— Тогда займись этим и, как только загрузишься, уходи за пределы этой звёздной системы максимально осторожно, чтобы не привлечь внимания.

— Как далеко уходить?

— Просто отлети на безопасное расстояние, откуда можно будет совершить гиперсветовой прыжок.

— Хорошо. Как долго планируете пробыть в капсуле?

— Несколько часов. Хочу выйти из неё максимально готовым к приключениям. Если ты помнишь питательные растворы, которыми я пользовался в прошлый раз, то тащи их сюда. Мне они понадобятся.

— Сделаю. Ещё распоряжения будут?

— Пока нет. Если я что-то скажу, ты меня услышишь из любого места?

— Да.

— Тогда занимайся своими делами, а я займусь своим телом.

Но заняться своим телом в одиночестве не получилось. Мне пришлось вести долгие диалоги с ИРом, чтобы сделать те или иные настройки, тщательнее разобраться именно с этой моделью капсулы и так далее. Я хотел максимальных изменений максимально быстро.

В итоге, тело, в котором я подстегнул перестроечные процессы, чувствовало себя совсем не хорошо. Оно и так, можно сказать, недавно из комы вышло, а тут всякие апгрейды на его голову. Плюс оно так долго пробыло в невесомости, что не очень понимало, что такое гравитация и зачем она нужна, а мне было важно, чтобы при приземлении на какую-нибудь планету, я не растёкся сопливой медузой под действием силы тяжести. В итоге, меня понял ИР, меня поняло тело, в котором, по-видимому, была какая-то полуразумная система, которая весьма неплохо считывала мои намерения, но при этом часто имела своё мнение, что и как должно быть.