Онлайн книга «Новый дом»
|
Зная, что процедура биологического сканирования, даже начального уровня — процесс достаточно продолжительный, Силлана пошла посмотреть, что же показал анализатор, обрабатывающий образцы крови и тканей незнакомца. Результаты оказались не то чтобы шокирующими, но достаточно необычными, чтобы не связывать их со странным внешним видом мужчины и загадочным появлением его зимой посреди заповедника. Основной странностью являлось то, что, будучи несомненно человеком, мужчина обладал очень редкой разновидностью группы крови, информации о которой не было в анализаторе. Также оказалось, что в крови незнакомца содержится целый ряд специфичных антител, некоторые из которых анализатор опознал — они образовались после стандартных прививок, которые делают всем астронавтам дальнего космоса. С учётом одежды работника космопорта наиболее вероятной была версия инопланетного происхождения мужчины — он явно родился и вырос не на Окане. Однако в крови содержались также антитела, образующиеся при инъекции препаратов, используемых для прививки образцов инопланетной фауны, иначе говоря — для экзотических космических животных. Данный факт вообще объяснению не поддавался — препараты для животных людям не вводили. И уж совсем удивительным оказалось наличие антител на неизвестные науке вирусы — или Силлана наблюдала результат воздействия неизвестного препарата, или, что вообще невероятно, этот ряд болезней мужчина перенёс самостоятельно. Но все эти странности перекрыл тот факт, что перед оканийскими болезнями незнакомец оказался полностью беззащитен — отсутствие в крови мужчины антител на основные возбудители говорило о том, что ранее он на Окане вообще никогда не появлялся. — Откуда же ты, таинственный незнакомец? — пробормотала Силлана, — где же ты родился, и где то место, в котором для выживания нужны такие мышцы и где можно получить столько шрамов и раны, которые не лечат, а зашивают… Вспомнив, что последними словами незнакомца являлись слова на оканийском, Силлана подумала, что мужчина явно знает оканийский язык и, поправившись, сможет удовлетворить её любопытство, рассказав о себе и ответив на множество мучавших её вопросов. Убедившись, что её пациенту стало немного лучше, пусть он так и не пришёл в сознание, женщина решила набраться терпения и, для начала, вылечить навязавшегося на её голову пациента… * * * Дни сливались в монотонную череду, похожие один на другой. Силлана два раза в день, утром и вечером, кормила рурха, днём выпускала его погулять, чтобы к вечеру впустить в дом, услышав доносящиеся от двери скребущиеся звуки. Незнакомец так и не пришёл в сознание — через несколько часов после находки у него начался жар, и он метался по полу в бреду, постоянно сбрасывая с себя тёплое одеяло и разговаривая на незнакомом языке, иногда, правда, переходя на оканийский. Разобрать речь было практически невозможно, но Силлана несколько раз слышала сквозь бессвязное бормотание название клана Камэни. Скорее всего, мужчина имел к клану какое-то отношение, несмотря на то, что анализ крови не выявил у него с Камэни ничего общего. В особо тяжёлые моменты к мужчине подбирался рурх и ложился рядом с ним, положив лохматую голову ему на грудь. Тогда мужчина через некоторое время успокаивался и засыпал, проваливаясь в короткое забытьё. Как ещё помочь ему — Силлана не знала, стандартный общеукрепляющий препарат, введённый практически сразу же после проведения диагностики, не помог, да и принимать его можно было не более трёх дней подряд. Анализатор тоже оказался бессилен, признав состояние пациента критически тяжёлым и выдав рекомендацию по направлению его в стационарную больницу, что отрезанная от внешнего мира Силлана сделать ну никак не могла — она сама была заперта в этих горах до весны. Похоже, мужчина наконец-то всё же заболел теми оканийскими болезнями, от которых у него не было иммунитета, что на фоне сильного переохлаждения и общего истощения было неудивительно. Крепкий организм самостоятельно боролся с болезнями, Силлана ему по мере сил помогала, регулярно подкармливая внутривенным питанием, но шансы выжить, по мнению женщины, таяли с каждым прожитым днём. Рурх, похоже, это тоже понимал, так как в последние дни всё чаще проводил время, лёжа возле мужчины. Возможно, именно этот симбиоз человека и зверя переломил течение болезни, мужчина пошёл на поправку, и на девятый день Силлана увидела направленный на неё осознанный взгляд. |