Книга Ступень 4. Наследники демиурга, страница 163 – Юрий Киселев

Храм Создателя в Асуре пусть и выделялся размерами и убранством в лучшую сторону относительно других столичных зданий, всё же не шёл ни в какое сравнение с храмом Одина в Тиаре. Однако и здесь неизвестный, однако от этого не менее искусный резчик вырезал из монолитной глыбы чёрного базальта скульптуру раскинувшего громадные крылья дракона, обхватившего сжимающими мечи передними лапами высокий каменный трон с резными подлокотниками и массивной спинкой. Скульптура занимала почётное место на небольшом возвышении в самой глубине большого полутёмного зала, освещённого не магическими светильниками, а пламенем самых настоящих факелов. К площадке у дальней стены, на которой разместилась статуя, вели несколько уже изрядно потёртых многочисленными просителями ступеней. Видимо, изображение дракона, символизирующее Создателя, стало каноническим во всех мирах.

Войдя в пустой, безлюдный зал, Линнея, не обращая внимания на остальных спутников, быстро пересекла пустое пространство перед алтарём, взбежала по ступеням и, не слушая возмущённого шипения жреца, залезла с ногами на трон, потянулась, едва достав губами до оскаленной драконьей морды, вырезанной до мельчайших подробностей, и чмокнула её в нос со словами:

— Привет, папочка! Тут какие-то клоуны сначала в рабство продать меня пытались, а когда им это не удалось, пришли к тебе на меня жаловаться. Так что можешь насладиться спектаклем — думаю, будет интересно!

— Святотатство! — возмущённо прокаркал жрец, но девушка уже слезла с трона и, спустившись со ступеней, язвительно проговорила:

— Можешь начинать свой суд, человече. Боюсь только, что результаты тебе не понравятся, но обратного пути у тебя, к сожалению, уже нет. Жители этого города в лице всех собравшихся сильно мне задолжали…

— О, великий, могучий и справедливый Один! — больше не обращая внимания на язвительные комментарии девушки, заверещал жрец. — Яви твоему жрецу лик свой светоносный и позволь мне свершить правосудие…

Жрец ещё долго распинался перед молчаливой статуей, так, что Линнея начала уже скучать, как вдруг пространство над троном подёрнулось серебристой дымкой и явило присутствующим молодую женщину ослепительной красоты, одетую лишь в короткую белую тунику на голое тело. Женщина грациозно села на трон, поправив края туники, задравшейся значительно выше колен и оголившей идеальной формы восхитительные бёдра. Покачав в воздухе босыми ногами — трон оказался для красавицы слишком велик, — и, небрежным движением руки перекинув со спины на грудь тяжёлую копну густых, ниспадающих до пола золотисто-льняных волос, она устремила взгляд больших миндалевидных глаз, светящихся зелёным светом, на стоящих перед ней людей. Оглядев собравшихся и остановив взор на Линнее, она, игнорируя остальных, обратилась к ней:

— Лина, что ты здесь делаешь? И кто эти люди?

— Эти люди напали на меня и хотели схватить, бросить в тюрьму и сделать рабыней! А вот этот человек, — девушка показала на упавшего на колени и уткнувшегося головой в каменный пол купца, — продал меня в рабство, не имея на меня никаких прав! Это тогда, когда я чуть было не погибла от мечей работорговцев. Я попыталась объяснить этим людям, что они не правы, но они не стали меня слушать и явились требовать справедливости от тебя! Чтобы ты отдала в рабство собственное дитя!