Книга Месть пахнет кровью, страница 7 – Наталия Доманчук

Я мотаю головой:

— Не до этого было.

Я уже и не помню, как и почему не сделал этого.

Мы молча спускаемся в подвал, где стоит щиток, и видим, что он отключен.

— Погоди, но сервер должен хранить информацию! — испуганно сообщаю я.

— Сколько дней?

— Сутки, вроде. Или три часа… Я не помню…

Мы поднимаемся в мой кабинет — там все подсоединено, но так как питания с щитка нет, то все камеры на компьютерах неактивны.

Я ошарашенно моргаю и смотрю на друга.

— Когда ты в последний раз проверял камеры? — спрашивает он.

— Мы всю неделю были в городе, в квартире. Приехали сюда только в субботу. Соня — с самого утра, а я приехал заполночь. Даже если она отключила их, когда сбежала, они должны были работать на аккумуляторе! — взволнованно рассуждаю я. — До десяти точно!

— Тебе должны были сообщения прийти, когда отключилось питание, — выдвигает версию Миша.

— Точно! — восклицаю я. — Я был на совещании, как мне пришло сообщение. Так и есть. Я позвонил Соне, она сказала, что закоротил тостер и выбило пробки.

— Когда это было?

— В субботу утром, как только она добралась сюда. Кстати, это не в первый раз. На прошлой неделе тоже пробки выбило.

Я просто не верю в то, что Соня специально могла все подстроить! Вот не верю и все!

Бегу в подвал, подключаю питание к щитку, и мы с Мишей просматриваем камеры.

Вот Соня — она стоит спиной и действительно включает тостер. Розетку коротит, и в доме выбивают пробки. Но запись продолжается, так как система видеонаблюдения работает от аккумуляторной батареи.

Мы с Мишей наблюдаем, как Сонька ругается на тостер, разворачивается и уходит — видно всё довольно хорошо, ведь дело было днём. Сначала только из кухни, а затем надевает белую шубу, обувается и уходит в гараж. Мы прослеживаем ее путь по разным камерам. Там она садится в свой «Мини Купер» и выезжает за ворота.

— Погоди! — машет передо мной руками Миша. — Пробки же выбило, как ворота открылись? Там у вас тоже аккумулятор стоит?

— Конечно. Но он там долго держит, кажется, сутки.

Все. Больше ничего не происходит. Камеры пишут, но в доме никого нет. Мы проматываем всё на большой скорости и понимаем, что запись шла до тех пор, пока не сдохла аккумуляторная батарея.

— Ничего не понял, — подвожу итог я, — она же потом вернулась домой, я же приехал за полночь, где съемка?

— А подумать головой ты не хочешь? — прищуривается друг.

— Думаю, — признаюсь я, но кроме того, что щиток по какой-то причине не включился, в голову ничего не приходит.

— То есть в то, что это сделала Соня, ты до сих пор не веришь? — Миша смотрит на меня исподлобья.

— Когда? Через три часа? Когда аккумулятор сдох?

Он кивает.

Я смеюсь, запрокидывая голову:

— То есть ты хочешь сказать, что моя жена, которая не знает ни единого закона физики, легко и просто вернулась через три часа, чтобы её никто не засек, вырубила щиток видеосвязи и врубила питание в доме?

— Тебе ведь должно было прийти и второе сообщение — о подаче питания, — стоит на своем друг. — Проверяй.

Я достаю телефон. В обычной папке сообщений вообще нет. Тогда где они? Я вспоминаю, что они всплывающие и приходят в приложении. Миша вместе со мной смотрит на экран, и мы читаем: потеря питания в десять тридцать утра, а восстановление в четыре часа.

— И где все это время была твоя жена, которая не знает ни одного закона физики? — издевается надо мной Миша.