Книга Кицхен вступает в бой, страница 10 – Екатерина Насута

И рокот этот пробрал и камень, и людей. Серебряная чаша выпала из рук, покатилась, расплескивая красное вино, словно кровь. И смуглые пальцы Ирташ-хана потянулись к амулету Танери, будто могла она защитить.

— Так что готовься, хан, - Аахым порадовался тому, что голос его звучит ровно и спокойно. – Пей вино. Беседуй с теми, кто показал себя верными детьми Великого Кровавого. С теми, кто прибыл по зову его, дабы напомнить пучезглазым, как поет сталь…

И снова рык.

На сей раз он показался близким. И потому пробрал до костей.

Вот так-то. Пусть слушают. Пусть понимают, кто здесь хозяин.

— Успокой людей своих, Валисий-хан, - Аахым коснулся пальцами рисунков на щеках. – Любой младенец, приходя в мир, возвещает о том криком… и сын Айлура – не исключение. Голос его слышим не только мы. И с ним страх вползает в жилы проклятых. Недолго осталось им праздновать победу…

— Может, стоит поднять людей?

— Нет, - Аахым покачал головой. – Мне отрадно видеть рвение твое, однако пока ещё не пришла пора. Сын Айлура свиреп и яростен. И ярость его слепа. Не различит он ни своих, ни чужих…

— И уничтожит всех, кто встанет на пути?

— Верно.

— Что ж, - Валисий позволил себе прямой взгляд. И живой глаз смотрел спокойно, а вот в стеклянном будто искра вспыхнула. – Тогда, жрец, я надеюсь, что ты правильно направишь его стопы, ибо…

Он криво усмехнулся.

— Я готов умереть во славу Айлура… но стать жертвой демона только потому, что ты ошибся, не хочу.

Он взмахнул рукой, будто отпуская. Будто Аахым был не жрецом, но ничтожным храмовым служкой.

— Иди… мы будем ждать твоего слова… и надеюсь, ты сможешь не только призвать демона, но и отправить его восвояси, потому как иначе во всем этом не будет смысла… там, где пройдет демон, людям искать нечего.

Вот ведь…

Аахым подумал, что когда-нибудь наступит момент, когда сам Валисий окажется на алтаре Айлура. И это будет хороший дар… свирепый боец, сильная душа.

Айлур любит таких.

Глава 3 В которой речь идет об обороне

Молли вцепилась в наливные яблочки Шерлока.

О важности сохранения наливных яблок вне доступа посторонних женщин.

— А Киара как завизжит! - Фреда бросила быстрый взгляд, явно пытаясь понять, не станет ли Киара возмущаться. - И я поняла, что все, что если еще немного, то этот мордатый ее точно уволочет.

— Ужас какой! - сказала матушка Анхен, явно с трудом сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.

— Ага. Я его и того… ну, то есть закляла! Заклятьем кинула! Сна. Глубокого. Целительского. Он и заснул.

— На веки вечные… - произнес Персиваль, который стоял, прижавшись к стене, причем поза была настолько неестественной, что заставляла всматриваться в гвардейца. Ну не может нормального человека к стене так тянуть.

— И вовсе не на вечные! Я, может, не совсем чтоб целитель, но не так чтобы навечно и сразу! - возмутилась Фреда. - Может, день проспит, может, два… кто этих танерийцев знает. Киара его закопала.

— А я говорил, что идея-то хорошая, - шепотом произнес Персиваль и покосился на Дагласа, который этот рассказ слушал превнимательно. - Видишь, они даже без лопаты обошлись!

— Вижу.

— Он вообще поздоровевшим проснется! - заверила Фреда.

— Вот, и теперь нас точно нельзя будет упрекнуть в недостатке гуманности, - герцог, который присутствовал при этом рассказе, тоже старался держаться серьезно. - Что ж, юная леди, нам остается лишь поблагодарить вас за своевременное вмешательство. И ввиду свежеоткрывшихся обстоятельств настоятельно попросить не покидать пределы поместья в одиночестве.