Книга Взаимозависимость, страница 60 – Александра Седова

— Смотри!-приказывает, ярким экраном мне в лицо светит.– Она тебе отвечала, говорила что мужа ждёт, разговаривать собирается!

Телефон у неё вырываю, в руке зажимаю, и под голову прячу. Не хочу ничего слушать.

— А потом трубку не берет, ты ей звонил, она не отвечала! Походу с мужем разговаривала! И только потом она тебя послала!-говорит слишком громко и оживленно. Трясет меня, раздражает. Не понимаю, что хочет.– Сень, если бы она тебя кинуть хотела, сделала бы это сразу! А не после разговора с мужем о разводе! Да приди ты в себя, долбаеб!-орёт и снова меня лупит.

Ну все, толкаю её в сторону, с дивана встаю. Не хочу её слова воспринимать. Душу режут, как самый острый клинок. На кухню иду, бутылку воды из холодильника достаю, пью большими глотками.

— Сень! Может он ей угрожал! Мы же не знаем что там за человек! Неделя прошла, она ни разу в соц сети не заходила, телефон недоступен, может он её вообще убил!– кричит и трясётся от переживаний.

Запотевшую бутылку со всей силы сжимаю, пластик в руке трещит. Холодным потом в одну секунду прошибло. Какой же я дебил! В зал возвращаюсь, телефон беру, билет на самолет покупаю. От мыслей что сеструха права, тошнит до ужаса. Теперь сам не понимаю, как можно было столько времени в пустую тратить! Надо было сразу лететь. Долбаеб! Никогда себе не прощу, если окажется что пока я тут сопли размазывал, Рита в опасности была. Пусть лучше окажется что реально кинула.

— Я с тобой!-заявляет Люба. Боится что я на эмоциях глупостей натворю.– Мама со Славиком посидит.-заверяет.

Будни рабыни. Нескончаемые, долгие, мучительные. Наполненные невыносимой болью, омерзением и жалостью к себе. Андрей телефон забрал и камеру, интернет дома отключил, выдал мне кнопочный телефон, чтобы меня от домашних дел ничего не отвлекало. Ненавижу его всей душой! Презираю. Хорошо хоть больше не насилует, но заставляет каждую ночь с ним в одну постель ложиться, типа мы семья.

Дышу только ради сына. Днем улыбаюсь, в игры с Максом играю, на занятия его вожу. Не хочу чтобы он видел меня в том состоянии, в котором я пребываю уже неделю. Через свою боль переступаю, заставляю себя рядом с сыном хорошо выглядеть. Синяк на веке тональником маскирую, уже не такой синий, желтый с зеленоватым оттенком. Бровь еще не зажила, только вчера швы сняли. Шрам останется. Буду модная, прям как у молодёжи, бровь на две части разделена.

Ничего в квартире не делаю. Только сыну вещи стираю, обеды ему заказываю. Андрей злится каждый раз. Недовольства свои на меня выливает, а мне так похуй. Вообще все равно, на него, на себя. Хочется в лес уйти, чтобы тигров своим бренным телом накормить. Не знаю, сколько еще смогу так существовать. Сеню постоянно вспоминаю. Его улыбку, идиотские шутки, руки татуированные… Кажется эти недолгие отношения, были единственным светлым пятном в моей пропащей жизни. Люблю его сильно. Так сильно, как только в любовных романах любят. Не хватает его, как воздуха под водой. Зависимость чувствую. Сама себя сжираю, разгоняя мысли о нем и возвращаясь к воспоминаниям. С ревностью думаю о том, что он наверняка уже нашёл с кем утешиться. Убеждаю себя, что так правильно. Пусть лучше забудет, пусть будет счастливым! Он как никто этого достоин.