Книга Какао, улики и мурашки, страница 65 – Моргана Бест

— Тогда почему ты преследуешь меня? – потребовала я ответа.

Игла снова двинулась ко мне. Не тот вопрос.

— На дне открытых дверей я подслушала твой разговор с этой ужасной уборщицей, – огрызнулась она. – Ты знала слишком много. Разделаюсь с тобой – она будет следующей. А ещё в твоей лавке я услышала, как ты сказала, что Боб кого-то шантажировал. Я поняла: речь обо мне.

Над нами раздался жуткий вопль, и мы обе вздрогнули. Я вывернулась из-под Валери и бросилась бежать, оставив туфли позади. Босые ступни шлёпали по земле. Ветки хлестали по коже. Боль не имела значения – лишь бы оказаться подальше.

Я юркнула за эвкалипт, тяжело дыша. Её шаги были близко. Темноту прорезал белый луч фонарика на телефоне. Мой телефон остался в сумочке у двери Мунро. Рано или поздно он вернётся домой, найдёт сумочку и поймёт, что что-то не так. Мне нужно было лишь продержаться.

Свет приближался. Я снова рванула и, спотыкаясь, выскочила на узкую тропку, которая дугой вела обратно к дому Мунро. Лёгкие горели, перед глазами плясали звёзды, но я продолжала бежать. Когда я наконец остановилась, прижавшись спиной к эвкалипту с волокнистой корой, вокруг стояла тишина. Может, я всё-таки оторвалась.

А потом – удар. Валери снова сбила меня с ног. Я плашмя рухнула на землю, и из лёгких вышибло весь воздух. Сработал инстинкт: я перехватила её запястье и изо всех сил не давала ей опустить шприц.

Второй рукой она стиснула мне горло. Давление, тяжесть её тела, ярость – всё это вжимало меня в землю.

И тут я услышала резкий треск над нами, словно надломилась ветка. Сердце ёкнуло. Прекрасно – меня убьёт падающее дерево. По крайней мере, это случится быстрее, чем подействует яд из шприца. Я зажмурилась, приготовившись к удару.

Что-то рухнуло между нами с глухим ударом, от которого содрогнулась земля. Не ветка. Когти. Зубы. Ярость в меховой шубе.

Когда Монгрел ринулся в схватку, Валери завизжала – тонко, пронзительно. Она вопила и молотила руками, пытаясь стряхнуть его, но Монгрел не унимался. В лунном свете я вдруг поняла: Валери, возможно, самая невезучая женщина на свете – ведь на ней был верёвочный ремень.

Шприц вылетел из её руки. Я схватила его за тот конец, где не было иглы, и крепко стиснула в руке.

Валери выла, отбиваясь от Монгрела, а он вцеплялся всё крепче. Её визг стал ещё пронзительнее.

Сжимая ключи в одной руке и шприц в другой, я, шатаясь, поднялась на ноги и рванула к дому.

И с разбегу врезалась в кого-то, преградившего мне путь.

Я закричала.

Сильные руки обхватили меня.

— Нарел, что случилось?

— Ох, Мунро! – Меня так и трясло от облегчения. – Осторожно, у меня шприц со смертельным ядом.

Мунро осторожно забрал у меня шприц и положил на землю.

— Валери пыталась меня убить. Она сказала, что убила Боба Джонса.

Больше я ничего не смогла сказать – меня душили рыдания.

Мунро вызвал полицию, всё это время не выпуская меня из объятий.

— А если она сбежит? – наконец выдавила я.

— Вряд ли ей это удастся, – сказал Мунро, вздрогнув.

Я всё ещё слышала вопли Валери. Зажала уши ладонями и уткнулась ему в грудь.

Он снова обнял меня обеими руками.

Мы молча стояли так, пока не приехали полицейские и машина скорой помощи.

— Монгрел! – спохватилась я. – Пожалуйста, верни его в дом.