Книга Испытание гордости. Возлюбленная юга, страница 3 – Ярослава Баженова

Лекарь как-то понимающе кивнул, отчего-то не став возражать, хотя мне казалось, что он сейчас осмеёт моё глупое желание. Мне помогли встать, набросили на плечи шаль, а после мы медленно пошли через ванну в спальню лорда МакАлистер.

Достигнув постели супруга, я обессилено упала в холодные ткани, подтянув ноги к себе, не в силах пошевелиться. Даже столь короткий переход отнял у меня последние силы, несмотря на то, что головная боль отступила, мне всё равно было невыносимо находиться в сознании. Лекарь устало вздохнул, укрыв одеялом.

Вскоре мне принесли отвар, помогая приподняться и выпить его маленькими глоточками, а после посоветовали отдыхать. Тихо поблагодарив лорда, я вновь улеглась на кровать, натянув одеяло, уткнулась носом в подушку, вздыхая аромат мяты, которым она пропахла насквозь. Одинокая слезинка скатилась по щеке, я чувствовала себя такой слабой.

Волосы разметались по постели, и я, подавив всхлип, сжалась в комочек, закрыв глаза. Сон настиг меня неожиданно, не пронося с собой ничего кроме тьмы и тоски, которой, казалось, было пропитано всё вокруг.

Утро я встретила с холодной решимостью и слабостью, которая не отступала. Послушно съела лёгкий завтрак, который представлял собой безвкусную кашицу и чай без сахара, а после выпила тонизирующие и закрепляющие зелья, прежде чем приказать позвать ко мне леди Озаро и Герберта.

Моей самодеятельностью лорд Пгер, конечно, рад не был, но ослушаться так же не посмел. Поэтому спустя несколько минут в покоях супруга уже стояла фрейлина, оглядываясь по сторонам, однако завидев меня, она счастливо улыбнулась, кинувшись ко мне, упав на колени перед постелью. Кажется, на её глазах навернулись слёзы.

— О, боги, я молилась Матери и Отцу, чтобы вы выздоровели, Ваше Величество, — лепетала она, не смея отвести взгляд от моего лица, — я так беспокоилась о вас, ах, если бы я была тогда с вами, то этого бы не произошло.

— Поднимись, — попросила её, потянув за локоть, заставив леди встать на ноги и опуститься на край кровати, — лучше скажи, о чём судачит двор?

— Восхваляют леди Фельиду, — поморщившись, с явной неприязнью произнесла девушка. — Шепчутся, что вы сами убьётесь, и тогда фаворитка, наконец, займёт законное место. Не слушайте их, мы знаем, что не могли вы сами упасть. Ну, не могли!

— Тихо-тихо, — попросила, поморщившись, от её крика начало вновь ломить виски, — нет доказательств, я могу разобраться с женской частью, но не с ней. За эти годы она укрепила влияние в совете, да и народ её любит, в общем, полностью подготовилась к будущему статусу Императрицы.

— Ваше Величество, — грустно произнесла леди Озаро.

— Но выход всё же есть, — я покачала головой, пресекая дальнейшие причитания, — я не хотела к нему прибегать, мои убеждения идут вразрез моим желанием. Я хочу разрешить всё мирно, но понимание того, что если я хочу остаться в живых, то мне нужно убрать леди Фельиду из дворца, не дают мне покоя.

— Если разрешите высказаться, — несмело произнесла фрейлина, получив мой одобрительный кивок, продолжив, — у вас доброе сердце, но сейчас оно вряд ли поможет. Я не смею вам указывать, но когда в наших домах заводятся нежелательные гости, то мы их выдворяем, порой не самым гуманным методом, такова жизнь.

Я кивнула, вздохнув. В дверь гостиной постучали, леди Озаро подскочила, направившись посмотреть, кто пришёл, а вернулась уже с Гербертом. Тот выглядел угрюмо и сосредоточено, при виде меня склонил голову, так и не посмев не поднять взгляда, не произнести ни слова. Я же смотрела в ответ, словно стараясь запомнить весь его образ.