Книга Сказку заказывали?, страница 82 – Ярослава Баженова

Он знал, о чём говорил.

— Слишком грубая формулировка, но да. По доброй воле ни одна уважающая себя женщина не ляжет под несколько мужчин, а нам нужно именно это. Чем больше женщина выносит и родит, тем быстрее популяция магов жизни придёт в норму.

— Не боитесь, что магия смерти способна перебить в плоде магию жизни?

— Для этого есть временные магические подавители, когда будет происходит зачатие, то мужчины будут лишаться магии на время.

— Вы просто хотите устроить массовые оргии с участием запуганных женщин, которых будете отлавливать, как скот.

— Иногда нужно пожертвовать чем-то вначале, чтобы в дальнейшем построить нечто большее, — мужчина пожал плечами.

Просто пожал плечами, словно для него это было плёвым делом. Я же не могла спокойно дышать, сипло втягивая воздух через плотно сжатые зубы. Единственным желанием осталось подойти и вмазать этому уроду меж ног, а потом ещё пару пощёчин надавать. Кулаком.

То, что он предлагал, не укладывалось в голове. Сексуальное рабство. Постоянные оргии. Женщины как расходный материал, живые инкубаторы, направленные лишь на то, чтобы постоянно рожать.

Подобное больше походило на чью-то больную сексуальную фантазию, но никак не на предвыборный лозунг. Охренеть.

— И вы хотите моей поддержки, — заключил Данталион после минуты молчания.

— Верно.

Я встрепенулась, неосознанно притянув горшок ближе к животу, пытаясь прикрыться. Холодный пол морозил голые пятки.

— Думаете, что соглашусь?

— Хочу надеяться на ваше благоразумие.

— Зря надеетесь.

В ответ лишь смешок.

— Ваша Светлость, на вашем месте я бы не был столь категоричен, — заметил урод, доставая нож, приставляя к горлу бывшего императора, который всё это время хрипел и не говорил ни слова. — Если мне не отказывает память, то ваша супруга — это герцогиня Оунс, бывшая невеста нашего императора.

Я напряглась, когда уловила, что нападавший посмотрел точно на меня, коротко улыбнувшись. Мимолётно, но настолько опасно, что кровь стыла в жилах.

Князь молчал.

Я тоже.

Выдержав драматичную паузу вместе с нами, революционер продолжил:

— Не секрет, что герцогиня Оунс и наш император были связаны подвенечными магическими узами, которые до сих пор не разорваны. И уж точно никак нельзя скрыть деликатное положение вашей супруги, — он легонько нажал, проводя острием по шее Лефтериса, тот дёрнул. На коже образовался неглубокий порез. — Любой переворот должен закончиться смертью нынешнего императора, но, вот незадача, если умрёт Его Величество, то ваша супруга так же пострадает… скорее, даже не она, а плод, находящийся в её чреве.

О, нет.

Нет-нет-нет.

Понятно, к чему он вёл. Если Данталион не согласится поддерживать их, то он убьёт императора, и у меня будет выкидыш. Тогда я точно окажусь в глубоком дерьме.

Без ребёнка я не нужна Князю, следовательно, он оставит меня здесь, а, поскольку, магический статус бывшей хозяйки этого тела известен этому уроду, то моя учесть понятна. Рабство.

От мысли о том, что я буду ходячим инкубатором, начало конкретно так подташнивать. Нет, лучше умру.

— Мне нужно время, — тяжело обронил Данталион.

— Понимаю, пяти минут хватит? Думаю, вполне. Мы даже уйдём, чтобы вам не мешать, но если только посмеете сбежать, то знайте, мои лучники готовы в любую секунду убить императора. В любую секунду.