Книга Испытание гордости. Северная леди, страница 16 – Ярослава Баженова

— Миледи!

Неловко дёрнулась, встрепенувшись. Какое странное чувство. Я поспешно подняла взгляд на переводчика, чтобы понять, что тот, похоже, уже некоторое время сидел с закрытыми глазами, посапывая. Ничего не понимаю, ведь я прекрасно слышала, что буквально несколько секунд назад он что-то говорил. Странности творились какие-то.

— Что-то случилось, офицер…

— Уорский.

— Да-да, офицер Уорский, — невольно прикрыла глаза от стыда, крайне неудобно вышло.

— Вы ведь интересовались границей, верно? — и столько нетерпения в голосе, что невольно самой захотелось поторопить собеседника, но я послушно ждала продолжения. — Так вот она, миледи, граница.

Вначале я не поняла, не поверила, не осознала. Но когда смысл сказанного всё же достиг глубин моего сознания, то даже неодобрительное «леди Раммон» не могло меня остановить. Ведь преград как таковых, по сути, больше не существовало.

Я дёрнулась штору в сторону, высунувшись из окна, невольно ослепнув от яркого солнца. Захотелось потереть закрытые веки, но любопытство требовало, нет, оно вопило о том, что я обязана взглянуть вперёд. И я сквозь слёзы взглянула, чтобы мгновенно застыть от всепоглощающего восхищения и леденящего беспокойства, прокатившегося от лопаток до копчика.

Там, вдалеке, виднелись песчаные холмы. Немыслимое множество песка, куда не посмотри. Да я столько за всю свою жизнь не видела, сколько могла рассмотреть сейчас. Дюны приковывали к себе внимание своим величием и непомерным количеством. С ними могли сравниться лишь наши горные хребты, вечно укрытые снежными шапками. Однако это было что-то совершенно иное, словно накинутая кем-то качественная иллюзия. Ведь в реальной жизни такого вовсе не могло существовать.

О, Небеса.

Но самое странное заключалось в другом. Я вдруг поняла, что меня никто не попытался отдёрнуть или указать на моё недостойное поведение. Словно время замерло, решив покинуть меня. На самом свете существовали лишь три вещи: я, песок и тишина.

Лишь когда понимание ситуации полностью охватило меня, отрезвив, я смогла, наконец, моргнуть и различить, что же меня так смущало. На фоне песчаных холмов было нечто чужеродное. Что-то, что не было сразу заметным, но маячило на периферии рассудка, как заведомо неправильное.

— Офицер Уорский, позвольте поинтересоваться, те немногочисленные точки вдалеке, это…

— Должно быть, вас ожидают, миледи, — подтвердил мои догадки мужчина, кивнув головой. До этого он ехал молча, никак не прокомментировав моё странное поведение.

— Спасибо.

Медленно кивнув, я отстранилась, вернув штору на место. Меня всё же ожидали, какая радость. Я потёрла переносицу, чуть сдвинув покров, а затем вновь взяла в руки вышивку, вытащив закрепленную иглу, хотя подходящего настроения более не наблюдалось.

Перед глазами стояли огромные дюны и маленькие чёрные точки у их подножия.

Меня ждали.

Что ж, я их тоже.

— Мы — личная стража Её Величества принцессы Раммон. Нам был отдан приказ сопровождать миледи вплоть до дворца её будущего супруга, вашего Повелителя.

— Не положено.

И примерно в таком духе шла двадцатая минута «плодотворных» переговоров между офицером Уорским и главой отряда из встречающих.

Когда мы приблизились к границе, остановившись у самой кромки песка, я почувствовала, как меня раздирали противоречивые чувства. Хотелось удовлетворить своё любопытство и выйти наружу, но в тот же момент к столь скорой встрече со своим будущим народом я была не готова, поэтому медлила. А вот лорд Маркус вылетел вон с такой скоростью, словно все эти часы мы его жестоко пытали на пару с леди Элионорой. Судя по презрительному выражению лица этой самой леди, та подумывала примерно о том же, о чём и я.