Книга Против канона. Счастливый финал для моего злодея, страница 91 – Мирослава Меленская

Мы стояли на краю кратера, тяжело дыша.

Вэй Лонг оперся на свой меч, сплевывая кровь с разбитой губы. Фэн отряхивал пепел со своего изящного камзола, его глаза лихорадочно блестели от адреналина.

Я прижимал Мэйлин к себе, чувствуя, как колотится ее сердце. Мы победили. Машина судного дня была уничтожена.

Но вдруг из густого белого дыма в центре кратера раздался жуткий, булькающий смех.

Мы замерли.

Сквозь дым медленно, пошатываясь, выходила фигура.

Лу Фэн.

Его белые одежды были изодраны и залиты кровью. Его левая рука была оторвана взрывом по самый локоть. Но он не падал. Он шел к нам, и из его разорванной культи хлестала не красная кровь, а густая, светящаяся золотом субстанция.

Его лицо было искажено нечеловеческой, демонической улыбкой.

— Вы думали… вы остановили сам Свет? — прохрипел Лу Фэн. Его голос двоился, словно внутри него говорил кто-то еще.

Спина "Светлого героя" внезапно с жутким хрустом разорвалась изнутри. Белоснежные одежды окрасились багровым. Из его лопаток, разрывая плоть и кости, начали медленно, в мучительной агонии прорастать два исполинских, искрящихся золотом и гнилью крыла.

— Боги Небесные… — с ужасом выдохнул Вэй Фэн, отступая на шаг. — Что это за тварь?

Мэйлин в моих руках напряглась. Я почувствовал, как ее пальцы мертвой хваткой впились в мои доспехи.

— Это вовсе не магия Света, — прошептала она, и в ее голосе прозвучал неподдельный ужас человека, который понял, что история пошла по самому страшному сценарию. — Это Божественный Паразит. Лу Фэн не просто использовал его. Он впустил его в свое тело…

Монстр, который когда-то был героем, поднял на нас свои полностью белые, лишенные зрачков глаза.

— Тьма будет поглощена, — пророкотал он чужим, вибрирующим голосом, взмахнув изуродованными крыльями, поднимая тучи пепла. — Начинается истинное Очищение.

МЭЙЛИН (Ю РА)

Золотой свет, исходящий от видоизмененного Лу Фэна, больше не слепил чистотой. Он пах гниющим мясом, жженым сахаром и чем-то древним, бесконечно чуждым этому миру.

Два исполинских крыла, прорвавших его спину, были сотканы из пульсирующей плоти, золотых перьев и извивающихся, как черви, энергетических жгутов.

— Назад! — рявкнул Ли Чжань, отталкивая меня себе за спину.

В ту же долю секунды Лу Фэн исчез.

Он не побежал на нас. Он просто стер расстояние между нами, двигаясь с пугающей, нечеловеческой скоростью. Раздался оглушительный грохот.

Ли Чжань успел поднять свой двуручный меч, скрестив его с ударом Лу Фэна. Но это был удар не клинком. "Светлый герой" ударил своей уцелевшей рукой, пальцы которой вытянулись, превратившись в золотые когти.

Сила столкновения была такой, что земля под сапогами Ли Чжаня пошла глубокими трещинами. Темная Ци с ревом схлестнулась с Золотой Гнилью.

— Ты всегда был лишь грязью под моими ногами, изгнанник, — прошипел Лу Фэн, его лицо оказалось в дюйме от лица Ли Чжаня. Голос монстра резонировал сразу в нескольких тональностях. — Я — идеальный сосуд для истинного божества!

— Божества не воняют падалью! — прорычал в ответ Ли Чжань.

Он резко провернул меч, скидывая когти Лу Фэна, и нанес сокрушительный удар ногой в грудь монстра. Тварь отшвырнуло на десяток шагов, но Лу Фэн даже не упал — он взмахнул крыльями, зависнув в метре над землей.