Книга Мой космический дикарь, страница 43 – Лия Валери

На земле спится намного лучше, чем в космосе. Здесь и дышится легче. А после такой сексуальной разминки, что, кажется, каждая мышца болит и ноет, тем более грех мучиться бессонницей.

(Ахрам)

Открываю окно, как показала мне Руса, смотрю вдаль. Высокие дома загораживают весь горизонт. НЕпривычный пейзаж, да любой пейзаж теперь кажется непривычным. Мне всегда по душе были бескрайние леса Хаши, где хашийцы жили в гармонии с природой. Каждый дом был окружён своим садом. Только взобравшись на башню, можно было насладиться зелёным морем из листьев. В этой башне, в маленькой чердачной комнатке, мы любили уединяться с женой. Комната Руси напомнила мне те времена.

Снова оглядываюсь на маленькое женское тело. Она свернулась в клубочек и спит. А внутри, словно кошка мурлычет: необыкновенная нежность к этой девушке. Раньше просто хотел её, а теперь что-то новое появилось между нами. Теперь мне хочется её постоянно. Жажда не утихла, лишь слегка притупилась. И улетать теперь намного сложнее.

Ещё вчера мысль расстаться с ней не причиняла столько неприятных чувств, а сегодня, после её откровенных слов…

Сложно уйти. Но надо.

Я не могу остаться и наслаждаться ей, пока мои собратья гибнут. Единственное, что я могу ей пообещать: вернуться, когда всё закончится, и продолжить то, что не закончили сегодня.

И хоть сколько можно смотреть, как она спит, но уходить всё равно придётся сегодня.

Надеваю брюки, снова останавливаюсь перед спящей Руссой. Это имя ей подходит больше, чем Руся. Слишком детское. Теперь она женщина. И имя должно быть соответствующее.

Встаю на колени, целую в губы. Спит крепко.

— Прощай, маленькая Русса! Ещё увидимся…надеюсь.

Мне снится голубое небо и бескрайние леса на горизонте. Давно я не видела такого, только в старых фильмах прошлых веков. А перед собой впереди вижу двух мальчишек пяти лет темноволосых, они бегают по берегу моря, догоняют друг друга, брызгаются. А я смеюсь вместе с ними. От гордости распирает грудь, потому что мальчишки – это мои сыновья.

Одна половина мозга понять не может, как я тут оказалась, я ведь пилот с Земли, нет у нас такой природы. Давным-давно нет. И детей у меня тоже нет, так почему я уверена, что дети мои?

— Горбо, Кимар, – слышу голос Ахрама, поворачиваюсь и вижу хашийца.

Я знаю его и в тоже время он словно совсем не мой Ахрам. В плаще и защитном костюме, больше напоминающем доспехи. Его тёмные волосы развеваются на ветру. Он идёт ко мне, неровной походкой. Ноги проваливаются в песок. Мальчишки, завидев Ахрама, несутся к нему со всех ног.

— Папа, папа. Ты вернулся!

Камера как будто отдаляется, и я вижу всю картину со стороны. Это ведь я стою. Только на себя совсем не похожа. Волосы распущены, на мне красивое одеяние, похожее на платье, но я таких не видела, на руках браслеты, которые при движении рук издают едва слышный мелодичный звон.

Ахрам подхватывает сыновей. Обнимает и целует по очереди в щеку, опускает их и отдаёт свой шлем. Горбо хватает шлем первым и начинает убегать от брата с добычей. А мой взгляд прикован к Ахраму. Он подходит ко мне. Берёт мои руки и подносит к своим губам.

— Я вернулся, моя Руссалана!

Мне так больно. Внутри больно, душу разрывает от эмоций, которые я так долго сдерживала.

Не могу ничего ему сказать, а хочется сказать так много. Как ждала, как скучала, как мучилась каждую ночь без него. Чувства настолько сильные, что я ощущаю, как слёзы стекают по щекам.